Восемь бусин на тонкой ниточке

И вдруг его облили презрением! И кто?! Женщина, на которую при других обстоятельствах он бы даже не взглянул. При мысли об этом правая щека Бориса вспыхивала, как будто его снова ударили.

«Ничего, – успокоил он себя, – еще сочтемся».

А Маша поднялась на второй этаж и возле своей комнаты столкнулась с Евой Освальд. Та не шла, а плыла в длинном шелковом халате нежно-розового цвета.

– Вы кого-нибудь видели внизу? – заинтересованно спросила она. – А то все разошлись, и мне так скучно!

– Там Борис, – сдержанно ответила Маша.

– А-а, Борис! Чудно. Он такой милый!

Маша в эту секунду скорее назвала бы милой гюрзу. Но спорить с Евой не стала.

– Оч-чень привлекательный мужчина, – промурлыкала Ева. – Вот с кем можно развлечься.

Последняя фраза вышла двусмысленной. Маша взглянула на улыбающуюся Еву и неожиданно прониклась уверенностью, что так и было задумано. Ее провоцировали.

Стоя лицом к лицу в узком коридоре, две женщины смотрели друг на друга: одна – с интересом, вторая – с вызывающей полуулыбкой.

«Если приглядеться, – думала Маша, – то становится ясно, что она вовсе не красива. Приплюснутый нос, лягушачий рот, небольшие глаза… Но при этом чертовски привлекательна».

«Ну же, разозлись! – мысленно подзадоривала Ева. – Или смутись! Пора уже пробить твою защиту, вывести тебя из равновесия».

– А вы не хотите составить нам с Борей компанию? – предложила она. – Это поможет нам лучше узнать друг друга. Раскрепостит.

– Вы нуждаетесь в раскрепощении? – с дружелюбным удивлением спросила Маша.

Улыбка исчезла с лица Евы.

– Спасибо, но вряд ли мне это пригодится. У меня нет лишних денег на психоаналитиков.

– Конечно, Борис обойдется значительно дешевле, – тут же согласилась Успенская, сохраняя выражение идиотского дружелюбия на лице.

«Она надо мной смеется?!» – Ева подозрительно уставилась на молодую женщину. Но та улыбнулась еще шире и пожелала хорошей ночи.

– Спокойной ночи, – любезно попрощалась Ева. – Завтра предстоит непростой день.

Обе они даже не догадывались, насколько непростым он окажется.

Глава 4

Утро Маши началось не с крика петуха, как она ожидала, а с мелодии Вивальди. Телефон вибрировал на стуле, угрожающе подползал к краю и грозился окончить жизнь самоубийством, если Маша немедленно не ответит на вызов.

Маша нашла сонным взглядом часы на стене.