Восемь бусин на тонкой ниточке

Они всасываются на уровне клеточной мембраны, которая у беременных расширена.

Всю эту ахинею Иннокентий высказал с крайне серьезным видом. Он был похож на ученого, сообщающего группе последователей о недавнем открытии.

Маша открыла рот, чтобы поинтересоваться, насколько сильно расширяется клеточная мембрана у беременных и сузится ли она после родов. Но перехватила взгляд Нюты и промолчала.

Нюта смотрела на мужа с восторгом и обожанием.

– Кеша, я уже иду, – заверила она.

И пошла, переваливаясь, в сторону темнеющего сада.

«Господи, бедная девочка…»

На крыльцо вышла, кутаясь в белую шаль, Лена Коровкина.

– За окнами нашей комнаты кто-то хрюкает, – вздохнула она. – Предчувствую интересную ночь. А куда пошла Нюта? Уже темно…

– Дышать эндорфинами, – поведал Иннокентий, глядя вслед жене. – Это очень пригодится ей, когда настанет время рожать.

– Каким образом?

– Видите ли, мы планируем соло-роды, – с гордостью сообщил Анциферов. – Слияние с природой на каждом этапе беременности.

Маша с Леной недоуменно переглянулись.

– Что такое соло-роды? – уточнила Маша.

– Роды наедине с природой. Новая жизнь должна появляться естественно!

Женщины некоторое время осмысливали сказанное.

– Наедине с природой – это что же, совсем одной? – глупо спросила Маша.

Анциферов снисходительно рассмеялся и даже снизошел до того, чтобы похлопать ее по плечу.

– Вот видите, насколько вы, современные женщины, испорчены цивилизацией! Как сильно зашорен ваш разум! Вам сложно даже представить, что вы способны дать начало новой жизни без помощи многочисленных врачей и акушерок.

– И там же в поле мерли, как мухи, – дополнила Лена. – Не говоря уже о том, что ваша жена совсем не похожа на простую русскую бабу. Вы не находите?

Иннокентий небрежно пожал плечами:

– Ресурсы организма огромны! Надо лишь создать условия для их пробуждения. Именно этим я и занимаюсь.

– Вы врач? – ужаснулась Маша.

Анциферов приосанился.

– Я преподаватель философии! В некоторой степени и сам философ. Изучаю и трактую мир!

– Да-да, я заметила, – пробормотала Маша, вспомнив про расширяющуюся клеточную мембрану.

– Я уже подыскал для Нюты дом в деревне, – воодушевленно продолжал Иннокентий. – Представьте: не тронутая цивилизацией природа, вокруг хвойные леса, в деревушке пять стариков. В доме – одна комната с русской печью.