Тайна замка Вержи

Капли оплавившегося воска потекли ей на руку, но боль не могла остановить Николь. Восьмая свеча, десятая, одиннадцатая… Святая Мария, сколько же их здесь!

Наконец погас огонек последней.

– Любишь темноту, милая? – сочно рассмеялся маркиз.

Полог раздвинулся, две мощных руки высунулись оттуда, будто лапы великана из пещеры, схватили Николь и затащили внутрь. В нос ей ударил запах перегара и острого мужского пота. Шершавые ладони скользнули по ее телу, задирая накидку и тонкую рубашку. Николь зажмурилась.

– Сними! – коротко приказал Жан Лоран.

Дрожащими пальцами девочка развязала бант, откинула капюшон, и накидка полетела в сторону. В камине тлели угли, но они давали слишком мало света, чтобы можно было разглядеть ее лицо.

– Тощевата, – проворчал маркиз, облапив ее. – Ну-ка подожди…

Он встал, протопал к двери. Что-то проскрежетало, и Жан Лоран вернулся обратно. Сопя, он забрался под полог, навис над Николь и взялся обеими руками за кружевной воротник ее рубашки.

«Дева Мария, умоляю, пусть это побыстрее закончится. Только бы побыстрее. Только бы побыстрее».

– Не вздумай кричать, я этого не люблю… – заскорузлые пальцы шарили по ее телу. – Тебе очень повезло, малютка.

Схватив девочку за бедра, Жан Лоран рывком перевернул ее на живот. Николь проехала лбом по деревянной панели и втянула воздух от боли.

Точно таким же коротким резким шипением отозвался сзади маркиз.

Николь почувствовала, что его пальцы разжались. Она напряглась, готовясь к какому-то новому, неизвестному ужасу, но ничего не последовало.

Негромкий стон заставил ее обернуться.

Маркиз замер на кровати, прижав руку ко лбу. В полумраке он был похож на огромного розового младенца.

Стон повторился. Жан Лоран де Мортемар повалился на бок и, скривившись, уткнулся лбом в ладонь.

– Проклятое вино, – сквозь зубы процедил он.

Поворочал шеей и тяжело поднялся, явно сделав над собой усилие.

– Ложись!

Николь помедлила.

– Я сказал, ло…

Не договорив, маркиз прошипел «о, дьявольщина!» и схватился за висок.

Перед Николь забрезжил призрак надежды. Дрожа от страха, она все же нашла в себе силы спросить:

– Что с вами, ваша светлость?

Вместо ответа маркиз обрушил на нее поток площадной брани. Излив душу, он оскалил желтые зубы и зажмурился.

Николь отползла в сторону.