Черный пудель, рыжий кот, или Свадьба с препятствиями

Валера упорно продавливал действительность под себя. И действительности ничего не оставалось, как сдаться.

Друг из Грабаря вышел на удивление заботливый. В тонкостях движений женской души Валера разбирался примерно так же, как в шумерской клинописи. Но у него имелся свод правил, свой собственный джентльменский набор. Согласно этому кодексу чести благородного рыцаря, баба вышеупомянутого благородного рыцаря должна быть: а – сыта, бэ – весела и вэ – с сухими ногами.

Поэтому Валера Риту: а – кормил, бэ – веселил и вэ – носил на руках.

Из них вышла гармоничная пара. А уж когда Валерка пристрастил подругу к боксу, стало совсем славно.

Вот только со вторым пунктом последнее время были проблемы. Рита грустила. Перед торжественным ужином и вовсе затосковала: даже влепила милому другу половником по макушке, когда он сказанул что-то под руку.

Бедная девочка!

И тогда Валерке пришла в голову гениальная идея.

Он порадует любимую ценным подарком. Рита увидит его, и на душе у нее станет тепло.

– Это что? – подозрительно спросила Ритина мать, узрев Грабаря в дверях в обнимку с какой-то гигантской синей гусеницей в полиэтилене.

– Мешок, – ухмыльнулся Валера.

– Вижу, что не авоська, – отрезала старшая Сысоева. – Ты зачем его сюда припер?

– Так это, того… Боксерский мешок! «Юниор»!

– Что?

– Сорок пять кило весит! – похвастался Валерка, похлопывая по мешку жестом крестьянина, продающего на рынке упитанного поросенка.

Нина принюхалась. От мешка отчетливо несло какой-то резиновой гадостью.

– Воняет!

– Попахивает, – не согласился Валерка.

– Унеси его отсюда!

– Ну Нинборисна! Это Ритке подарок!

– Валера, чтобы этой штуковины в моем доме сегодня не было! У нас гости! – Нина вытерла вспотевший лоб. Господи, еще не хватало дурня с его сюрпризами. – Завтра подаришь!

– Куда ж я ее дену? – озадачился Валерка. – Сорок пять кило!

– Придумай что-нибудь, – решительно сказала Нина. – Ты умный, у тебя получится.

Она не удивилась бы, если б небеса разверзлись и из них посыпались, скажем, волосатые лягушки.

Но лягушачий дождь не пролился.

– Ага, – мрачно согласился Валерка. – Ща. Сообразим.

И ушел, волоча подарок.

Нина вздохнула с облегчением. Если б она могла предвидеть, к чему приведет ее запрет, то своими руками повесила бы боксерский мешок на хрустальной люстре в зале.

Валера мрачно влачился среди деревьев в обнимку с подарком.