Сахарный Лес

 – Чтобы никто не узнал, что у нас прав на трон больше, чем у тетушки.

Ивен заглянула в огромные глаза девочки:

– Вот почему ты так ценна для всего Сахарного Леса, дитя, – вкрадчиво сообщила она. – Вы с сестрой настолько сильны, что я услышала вас еще за тысячу шагов. Вы можете постичь то, что умели самые первые Драконы. Власть не просто над силами природы, но над самим временем. Никто не должен знать об этом, кроме клана, до тех пор, пока ты не постигнешь всех секретов чародейства. Тогда ты сможешь восстановить справедливость.

И что самое главное, ты будешь знать, в чем главная задача Драконов. Не власть. Не борьба за нее и не слепое удержание.

– Оберегать? – едва слышно произнесла девочка.

– Умница, – отозвалась чародейка и улыбнулась. – Теперь я понимаю, почему Лес привел ко мне именно тебя.

– А как же Радана? – встревожилась Язет.

– Ей ничего не угрожает до тех пор, пока твоя тетка не поймет, насколько вы с сестрой сильны. – Ивен нахмурилась: – Надеюсь, это произойдет после того, как ты закончишь обучение.

– Я буду стараться, – пообещала девочка.

Она действительно старалась. Год. Другой. Третий. Многие часы безуспешных отчаянных попыток. Время неумолимо шло. Язет украдкой плакала. Были моменты, когда ей казалось, что все напрасно. И она навеки застрянет в чаще с кочевниками. Но Ивен не сдавалась. Снова и снова она обучала девочку всему, что знала сама. Другие члены клана только украдкой качали головами. Все, кроме Пьена, сына чародейки. Он проводил с девочкой все свободное время.

Мальчик смотрел на принцессу с нескрываемой теплотой и привязанностью. Он искренне восхищался ее недетским упорством. Возможно, если бы не их нежная дружба, Язет бы так и осталась незажженной свечой в темной комнате.

Тем утром все уже собирались к завтраку. Первый снег крупными хлопьями опускался на землю, когда Пьену вздумалось поцеловать румяную щечку девочки. Короткий звонкий чмок. Она с изумлением воззрилась на него. А потом заливисто рассмеялась.

И белые хлопья неспешно полетели вверх, возвращаясь обратно в грузные снеговые тучи.

Ивен, уже замахнувшаяся поварешкой на сына, так и замерла на месте с раскрытым ртом.

– Первая любовь, – проворчал кто-то из стариков у костра. – Вечно ставит все с ног на голову.

И действительно. Путь через Сахарный Лес стал теперь совсем иным для Язет. Деревья звали ее по имени. Они нашептывали ей свои секреты. Рассказывали о том, что видели. Делились своей силой.