Не остановишь силой дождь

Мне было стыдно от мысли, что сейчас придёт целительница и застанет такой – с мокрыми опухшими глазами и сопливым носом. Но никак не получалось справиться со слезами.

Скрипнула дверь, и я торопливо вытерла щёки рукавом, подхватила со спинки кровати полотенце и высморкалась в него. Ничего другого под руку не попалось. Но вошла не целительница, а Хельга. Она выглядела не так, как в моём сне, но чем-то неуловимо похоже. Казалось, она затянута в наглухо застёгнутый мундир, а не серое дорожное платье. При виде растрёпанной и заплаканной меня в глазах у неё что-то дрогнула, но тут же подруга распрямила плечи, подтянулась, стала выглядеть ещё суше и строже.

– Кэсси, я зашла попрощаться, – прозвучал невыразительный, словно чужой голос. – Целительница ещё утром сказала, что опасность тебе не угрожает, ты скоро поправишься. Так что ты справишься без меня.

Я смотрела и плохо понимала слова. К чему Хельга говорит это?

– Я возвращаюсь домой. Сегодня. Прямо сейчас. Воздушная гавань уже работает. Меня доставят прямо к дирижаблю, – губы её скривились в попытке усмешки, – как подругу героя, защищавшего короля Анджея.

Она замолчала, ожидая моих слов. Я видела, что её сухая строгость – это доспехи, надетые на разрубленное тело. Сними их – и она развалится. И жалость моя ей сейчас не нужна. Даже опасна. Превратит в пыль и осколки собранную из последних сил решимость.

Я молчала, и она продолжила:

– Я не могу здесь. Хочу к маме, – голос её дрогнул и прервался. Хельга до крови закусила губу.

– Конечно, Хель.

Я встала, желая подойти к подруге, но она вдруг защитным жестом остановила меня.

– Не надо, не будем прощаться. Пожалуйста.

Я кивнула и остановилась.

– До свидания, Кэсси. Может быть, ещё увидимся, – чопорно произнесла Хельга и стремительно вышла.

Дверь захлопнулась. Подруга ушла. Ушла из моей жизни. Как будто тоже умерла. Почему как будто? Той спокойной, жизнерадостной, уютной Хельги больше нет и никогда не будет.

Вошедшая целительница застала меня сидящей на стуле, бессмысленно глядящей в окно. Я не задумываясь отвечала на её вопросы, вставала, садилась, вытягивала руки. Похоже, она не только осматривала, но и воздействовала на меня, так как жёсткий обруч, сжимавший мне грудь, немного разжался, и я задышала ровнее.