Не остановишь силой дождь. Выбор

Шлейф моей дутой славы станет щитом для уязвимой и слабой сейчас подруги.

Я увидела, как в зал в сопровождении двух служанок, нёсших укрытую кружевом большую вытянутую корзину, вошла подруга. Заметили это и родители Хельги.

Уже скоро дор Сигурд Брант звонил в колокольчик, стоя посреди зала, привлекая внимание гостей. Рядом стояла Хельга, держа на руках нарядного малыша.

– Дорогие друзья! Я решил воспользоваться нашей встречей, чтобы представить вам нового члена своей семьи – моего внука Олафа, наследника фамилии Брант!

– И наследника имени Магнусонов! – громко добавил ставший рядом с ним дор Магнусон.

 – Вы знаете, что наших детей соединил харранский брак и только гибель моего сына не дала ввести Хельгу в нашу семью.

– Да, не дала, – подтвердил дор Брант со значением. – Но у нас теперь есть дитя, соединившее наше семьи – Олаф Брант-Магнусон.

– Олаф Магнусон-Брант, – эхом откликнулся второй дедушка.

Хельга подняла сына повыше, чтобы желающие могли увидеть пухлощёкое лицо, так забавно повторяющее черты взрослого Магнусона.

Доброжелательный гул и приветственные возгласы не понравились малышу. Он забавно наморщился и явно приготовился заорать. Хельга успела вставить в приоткрывшийся ротик соску, висевшую на ленте, и принялась качать малыша.

– Похоже, ему хватит, – со смешком сказала мать Хельги и обратилась к дочери. – Проводи его в детскую и возвращайся

– Я помогу, – торопливо произнесла дора Ингрид, не сводя глаз с крохи.

– Хорошо, когда у малыша есть своя любящая стая, – раздался за моей спиной голос Павла.

– Хорошо.

Вдруг дор Брант замер, глядя поверх голов гостей в сторону входа в зал. Улыбка слетела с лица, сменившись растерянностью. Любопытствуя, в том же направление развернулись и я, и другие гости. Мне вид появившихся новых гостей – двух мужчин, ничего не говорил. По возрасту они были близки к родителям Хельги и это единственное, что их объединяло. Один, невысокий, полноватый, холёный, выглядел, несмотря на натянутую улыбку, так, словно пришёл сюда против собственной воли.

Второй походил на добродушного медведя – высокий, мощный, вальяжный.

– Старший оборотень, – выдохнул Павел и непроизвольно отступил назад, словно пытаясь спрятаться за моей спиной.

– Дорогой дор Брант! – сияя улыбкой, высокий мужчина шёл вперёд, и толпа расступалась перед ним с явной опаской. – Мы не знакомы, но я не мог сдержать любопытства, услышав какую гостью вы сегодня принимаете. Попросил вашего кузена представить меня.