И Двери откроются

Её сил хватило только на то, чтобы сесть, не отводя взгляд от туманной арки.

Она не сводила с неё глаз, не замечая времени, обхватив себя руками, ожидая не понятно чего. Но вот дымка растаяла, но вместо знакомых мест блеснула золотыми бликами тёмная гладкая поверхность чего-то, похожего на большое зеркало. Лишь тогда Марина смогла отвести от него взгляд и ещё раз внимательно осмотреть всё вокруг: от мраморного пола до уходящего ввысь потолка. Никаких объяснений тому, где она находится и как оказалась здесь, у неё не всплывало.

Переход от ужаса прощания с жизнью к сидению на мокром полу непонятно где оказался слишком резким. В голове было пусто и звонко. Мысли собирались из кубиков слов медленно и сложно. «Наверно, я в больнице, под наркозом. Брежу. Говорят, что от него бывают такие видения, – думала Марина. – Тогда можно ничего не делать. Я или совсем перестану что-то чувствовать, или очнусь».

Возможность не предпринимать ничего её устраивала, потому что делать что-то было страшно.

– Марьяс!

– Я Марина, не Марьяс, – получилось хрипло и тихо.

– Где Марьяс? – требовательно спросила одна из женщин. – Что ты с ней сделала?

Суровость женщины не напугала Марину, наоборот, даже успокоила, напомнив разнос у начальницы.

– Не знаю. Я никого не видела. Когда я выбралась из бассейна, здесь никого не было.

– Ты откуда?

– Не знаю. Я выпала из окна и упала здесь, прямо в бассейн, – про Павла Марина решила не говорить.

– Очищающий бассейн ей не повредил, значит, она не демон, – внимательно глядя на мокрые волосы дрожащей девушки, на лужу рядом с ней, сказала вторая из старших женщин. – А Марьяс, похоже, ушла.

– Видно, Великий Рор открыл для них пути.

– Посмотрим. Сёстры, принесите ей сухую одежду, горячий отвар, и велите приготовить келью.

Услышав распоряжение старшей, Марина обрадовалась. Как бы там ни было дальше, но сейчас о ней готовы позаботиться. Её била крупная дрожь, и сухая одежда с горячим чаем казались воплощением мечты.

Правда, с сухой одеждой оказалось не так просто. Девушка, вернувшаяся с ней, не отдала её в руки Марине, а остановилась неподалёку.