Бабочка-оборотень и глупая принцесса. В Эльфийском Лесу

Я с Гретти не могли оторваться от рассматривания украшений, Окки и Коста – от рыбалки. Зато и аппетит нагуляли зверский! Потому к разговорам перешли, лишь когда стол наполовину опустел.

– Какие у вас планы, госпожа баронесса? – обратился ко мне старейшина Фрегзи.

– Я была рада познакомиться со столь славным и искусным родом, но мне нужно вернуться к принцессе. Мы с Костой отправимся в Хольмгард вместе с господином Барнабасом. А Окки останется пока у вас. Главное, чтобы к нашему отъезду из Хольмграда он присоединился к нам.

– Я хотел бы в знак признательности за то, что вы сделали для моего внука преподнести этот скромный подарок.

По знаку старейшины ко мне подошла Брина со шкатулкой в руках. Уже сама шкатулка из малахита могла стать прекрасным подарком. А лежавший в ней комплект из колье, серёг и браслета с изумрудами был настолько великолепен, что даже страшно в руки брать!

– О! Ну что вы! Это слишком!

– Если бы не вы, баронесса, мы никогда не узнали бы о судьбе Джанлины и не обрели внука.

Я очень вовремя вспомнила уверения наших психологов, что ничего не тяготит человека сильнее, чем неоплаченный долг благодарности. И согласилась принять подарок.

– Не согласитесь ли вы, баронесса, отпустить Окки со службы?

Вот оно что! Так этот подарок ещё и аванс в счёт нынешнего одолжения. Приняв такую роскошь отказать труднее. Впрочем, я и без всякого подарка сказала бы то же самое:

– Окки свободный человек.

Мой помощник поднялся , помолчал, подбирая слова. Все смотрели на него в ожидании ответа. Окки почтительно поклонился старейшине и сказал:

– Дедушка Фрегзи, я очень рад, что нашёл свою семью и благодарен, что вы приняли меня в род. Но я останусь служить баронессе, если она меня не прогонит.

– Правильно! – раздалось со стороны Рутгера.

– Окки, как я тебя прогоню? Я без тебя как без рук!

Окки в ответ нерешительно улыбнулся.

– Как видите, старейшина, Окки выбрал свой путь. Но обещаю, как только он захочет вернуться к вам или найти другую работу, я сразу освобожу его от клятвы.

– Ну что же, мой мальчик, ты всё равно наш внук, где бы ни жил, – грудной голос Ниневин словно погладил Окки.

Мне показалось, что глаза моего помощника повлажнели, и он торопливо опустил голову.