Бабочка-оборотень и глупая принцесса. В Эльфийском Лесу

В общем, раньше я сказала бы, что легче умереть, чем так мучиться. Но сейчас, дважды побывав на грани, я так никогда не скажу. Сейчас я знаю, что даже мучиться, это лучше, чем умереть. Тем более, мучиться от похмелья, а не от разбитого сердца. Похмелье – оно преходяще.

Под утро мы с Окки совпадали по цвету. Оба зелёненькие.

– Спасибо тебе, Окки. Иди отдохни. Теперь мы с Мисси справимся. Тебе ведь сегодня ещё к своим ехать. Ну, тем, кого Барнабас считает твоей роднёй, – поправилась я.

Окки побледнел-позеленел ещё больше.

– Госпожа баронесса! Может, вы со мной поедете?

По его умоляющим глазам стало ясно, как это для него важно.

– Хорошо, Окки. Я попробую отпроситься у принцессы. Отдохни хоть немного, а потом найдёшь меня. Если меня отпустят, то поеду с тобой обязательно.

Парень столько раз меня выручал, нельзя оставить его в трудную минуту. Да и принцессе он службу сослужил.

Обнадёженный Окки нас оставил. Мисси приготовила мне ванну, помогла привести себя в порядок, замаскировав шишку на лбу, разбитую губу и царапины на щеке.

– О боже! Кто это меня так?

– Простите, госпожа, это вы всё сами, – мягко сказала Мисси, укладывая мне волосы. – Шишечка – это когда вы лобиком в стол врезались. Губу перстеньком рассекли, когда по ней ручкой хлопали и приговаривали: «Молчать, Даша!»

– А царапины?

– Это после того, как Окки вас с ковра поднял, у вас щёчка зачесалась.

Я потёрла лоб. Шишка болела.

– Не трогайте, госпожа! А то пудру с эффектом иллюзии смахнёте.

– Спасибо, Мисси, за заботу. Что бы я без тебя делала? Ты наверняка устала, а тебе даже отдохнуть по-настоящему не удастся.

Мисси улыбнулась мне в зеркале:

– Ничего, госпожа! Зато с вами не соскучишься.

– Если принцесса меня отпустит, то тебя я с собой взять не смогу. Ты же сейчас не только моя служанка. Ты здесь больше меня нужна.

– Что же, главное, чтобы вы поехали. Окки очень волнуется. А там неизвестно, что его ждёт. Вдруг обидят. Он ведь бастард, мать его одна вырастила.

Мисси погрустнела. Она и сама растила внебрачного ребёнка, оттого особенно сочувствовала полугному.

– Ты права! Надо обязательно поехать с ним. Я его в обиду не дам!

С таким боевым настроем я и отправилась к принцессе. Она уже встала и сидела за ширмой, где Мэдди одевала её.