Нолик и его друзья. Роман-сказка

К неописуемому восторгу новых знакомых, три пятирублевые монеты появились рядом с первой.

– В Лукоморске мы покупаем еду, затем ее умножаем, – заметил Нолик, – мороженое, пирожки с вареньем, вообще все, что захочется. Также мы платим за услуги. Например, когда нужно куда-то добраться, оплачиваем проезд. Если что-нибудь выходит из строя, платим мастеру, который знает формулы для починки.

– Ничего не понимаю, какие такие формулы?

– Ну, чтобы отремонтировать кран, нужна одна формула, если лампа перестает светить, другая.

Каждый мастер знает свои формулы. Водила на телеге использует формулы разгона, торможения и поворота, большего от него не требуется. Он берет с пассажиров два лукрика.

– У меня крыша едет от твоих пояснений, – сказал Павел и посмотрел на дорогу, – Гришка идет, сейчас спросит, откуда взяли второй велосипед.

Нолик не понял, причем здесь крыша, но переспрашивать не стал. Вопросов и так было слишком много.

Павел подъехал к Гришке, который оказался невысоким и толстеньким мальчиком, с неприятным выражением лица, и принялся что-то ему втолковывать.

Нолик с любопытством наблюдал, как в глазах незнакомца недоверие сменилось удивлением, затем жадностью и завистью. Эти чувства, столь редкие в Лукоморске, вызвали у нашего героя сильную неприязнь. Он решил здесь больше не задерживаться.

Дай этому Гришке волю, посадил бы тот Нолика под замок и заставил всю жизнь делать деньги и разные дорогие вещи. Все это легко читалось на широком жирном лице.

Гришка напомнил нашему герою Кубика.

– Эй, как тебя, постой, надо поговорить! – крикнул толстяк.

Разговаривать с ним не было ни малейшего желания. Нолик произнес вторую часть формулы возврата и слегка оттолкнулся пяткой. Больше всего на свете он боялся, что вернуться не удастся, и ему придется остаться здесь навсегда.

Он появился на фабрике и с силой врезался в Полимера. От удара оба покатились по полу.

– С ума сошел? Прыгаешь, как сумасшедший! – воскликнул приятель.

Нолик поднялся, снял сапоги, аккуратно их свернул и спрятал в ранец. К сожалению, волшебные вещи, так же, как деньги, не поддавались умножению.

– Исчез куда-то, потом распрыгался, как кузнечик! – ворчал Полимер, потирая ушибленный локоть. – А вдруг сапог хватятся?

Верно, вполне мог подняться шум. Лукоморску не знакомо было само понятие кражи. Нолик на секунду задумался, отыскал в куче обуви похожие сапожки и прицепил к ним желтую бирку с черепом.