Сбежавший жених

Впрочем, недостатки господина королевского дознавателя по особо важным делам меня не касались. Со своими бы проблемами разобраться, как говорится.

* * *

К тому моменту, как мы покинули сонное тепло погруженного в тишину постоялого двора, морось, сыпавшая с неба, прекратилась. Разъяснивалось. В прорехах быстро летящих туч все чаще показывалось предрассветное небо с бледнеющими звездами. И я весьма обрадовалась этому обстоятельству, поскольку помнила предупреждение Ульрики о том, что мне не следует мочить лицо.

Значит, не надо будет вздрагивать от каждого порыва ветра, боясь, что он принесет под низко надвинутый капюшон куртки капли холодного дождя.

Мой ленивый мерин, которого я некогда купила в Литлтоне, собираясь отправиться в драконий замок на выручку Арчеру, отнюдь не обрадовался, когда меня увидел. Наоборот, бедное животное издало тонкое печальное ржание, прекрасно понимая, что отпуск в теплых конюшнях, где его неплохо кормили, подошел к концу, и теперь придется отрабатывать долгий отдых.

Теперь Эдриан не мог помочь мне залезть в седло. Но мне больше и не требовался наставник по науке обращения с лошадьми. За время моих странствий по Прерисии я неплохо научилась держаться верхом и уже давно не путала, с какой стороны надлежит подходить к лошади. И тем самым очень разочаровала Ульрику, которая с нескрываемым предвкушением смотрела на меня, должно быть, надеясь, что я в очередной раз стану посмешищем в глазах друзей.

Густые чернила ночи бледнели, словно в крепкий черный кофе медленной струйкой вливали сливки, когда мы выдвинулись с постоялого двора. Восточный край небес пламенел всеми оттенками красного, предвещая скорый рассвет. Однако дорога, пролегающая большей частью под сенью деревьев, все еще была погружена во тьму. Поэтому над головой Седрика, ехавшего впереди, летел шар пламени, освещающий путь для наших лошадей.

Монотонный шаг моего мерина убаюкивал.

Я с трудом держала слипающиеся глаза открытыми. В принципе, неудивительно: после такой-то ночи, наполненной треволнениями и беготней! Впрочем, я уже очень давно не спала в свое удовольствие, измученная тревогой за Моргана.

– Ой! – вдруг воскликнула Ульрика и взмыла в воздух с плеча Фрея, на котором вальяжно расположилась.

В ее вскрике послышался такой нескрываемый ужас, что это мгновенно согнало с меня сонное оцепенение.