Сбежать любой ценой

– Дан, у нас впереди… – начинает Вергилий, а потом, посмотрев на меня, замолкает. Быстро поднимается с кровати, и я даже не успеваю понять, как он оказывается передо мной и берет за плечи. – Ты меня боишься?

– Ты не самый положительный персонаж в моей истории, – говорю я, и мне неприятно быть перед ним такой слабой и уязвимой. А еще я хочу высвободиться из его рук, но не могу шевельнуться. Смотрю Вергилию в глаза, а в них ничего, кроме тьмы. – Ты меня похитил!

– Я тебя спас. Дважды, – на губах Вергилия едва заметная улыбка.

– Ты не похож на спасителя.

– И кто же я, по-твоему? – изогнув бровь, спрашивает Вергилий. Он точно напрашивается на ссору!

– Наглый придурок, который возомнил себя крутым парнем, – без малейшего стеснения объявляю. Вергилий все еще держит меня за плечи, чуть поглаживая их большими пальцами.

– То есть герой! – довольно говорит он.

– Если только отрицательный, – вздыхаю я, вспомнив встречу в лесу.

Вергилий улыбается, обнажая белые зубы и становится похожим на хищника.

– Я не сплю с парнями, которые меня похищают, – глухо произношу я. – Это для тебя достаточно уважительная причина?

– А мне показалось, моя харизма тебя заводит.

– Заводит. Появляется желание тебе врезать, – честно говорю я и нахожу в себе силы отстраниться.

– Ладно, черт с тобой, – ворчит Вергилий, хватая с кровати подушку. – Спи одна.

Я все еще с опасением смотрю, как он укладывается на полу и укрывается своим пальто. Забираюсь на кровать и ныряю под одеяло. Вергилий хлопает в ладоши, и световые шары гаснут. Комната погружается в темноту. Подсознательно жду, что Вергилий на меня набросится, но он лишь тихо сопит, и я понимаю, пока я тут лежу и боюсь, он уже крепко спит.

Удивительно, но в Эливаре мне не снятся сны. Я словно падаю в бездну и через какое-то время выныриваю из нее, как прихожу в себя после обморока. Ни бодрости, ни ощущения, что я отдохнула. Может быть, дело в том, что слишком много стресса. Ведь никогда прежде я не оказывалась в другом мире и не проходила такие странные испытания. Вспоминаю про Адель и мне становится неловко – она ведь ждала меня и ей, наверное, очень обидно.