Сбежать любой ценой

А чего я хотела? Маллори ведь предупреждал, что в лесу опасно!

– Чего ты от меня хочешь? – расслаблено спрашиваю я.

– Чтобы ты побыла моей девочкой на побегушках, – хищно улыбается Адель. – Помнишь, как раньше передавали любовные записочки? Ах, нет, ты же не отсюда! В общем, ты должна кое к кому сходить и озвучить послание от моего имени. Теперь, когда у меня есть связь с миром, я сделаю все, чтобы выбраться отсюда!

– И куда я должна пойти?

– В одно милое заведение под названием «Ностальгия мертвой курицы».

Спросишь Аргуса, – деловито говорит Адель. – Скажешь, что хочу его видеть, и приведешь на край леса. Я вас там ждать буду.

– А если он не согласится?

– Это исключено.

Адель оказывается передо мной с такой скоростью, что я даже не успеваю заметить, как. Берет мою ладонь и проводит по ней кинжалом. Вскрикиваю больше от неожиданности, чем от боли. Хочу отдернуть руку, но ведьма держит крепко. Пальцы у нее холодные, цепкие.

Она наклоняется и проводит языком по кровоточащей ране. Мне неприятно и хочется оттолкнуть девушку, но я не могу шевельнуться.

– Теперь мы связаны, и ты не сможешь обмануть меня, – выпрямляясь, довольно говорит Адель. – Утром ты поговоришь с моим братом. А теперь пойдем спать. Нам обеим нужны силы.

Мы поднимаемся на второй этаж и входим в просторную комнату. Здесь стоит большая кровать, на которой лежат две большие белые шкуры.

– Ложись, – властно произносит Адель, видя, что я мешкаю.

Покорно забираюсь в кровать и укрываюсь шкурой. Сразу же становится тепло и меня охватывает дрема. Адель ложится рядом и смотрит на меня. Убирает прядь волос от моего лица. Сплетает свои пальцы с моими, и я не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Когда просыпаюсь, Адели нет. Место, где она лежала, ровное, гладко заправленное, словно никого ночью здесь со мной и не было. Приподнимаюсь на локтях и оглядываюсь. Белая шкура сползает на пол.

Лениво встаю и, поправив одежду, обхожу дом. Ведьмы нигде нет. Ее красный плащ висит на в гвоздике у входа.

– Адель!

В ответ тишина и я снова обхожу дом. Ну не в прятки же она со мной играет! Или что-то произошло, и я просто перестала ее видеть? Это предположение тут же сменяется другим – а вдруг на самом деле ничего не было и это всего лишь иллюзия? Смотрю на руку, где все еще зияет рана от кинжала. Вряд ли.