В тени кукловода

Своей отчаянной попыткой освободиться от ловчей нити ты прожгла себе руки почти до костей, серьезно повредив сухожилия. – Нагнулся ко мне и вкрадчиво прошептал: – Между прочим, я хотел оставить все, как есть. Это послужило бы тебе неплохим уроком. Но потом я решил, что мне не нужна жена-калека. Сам удивляюсь своему благородству и милосердию.

И опять я ничего не сказала. Вместо этого принялась изучать обстановку.

По всей видимости, мы находились в номере какого-то отеля. На это указывала скудная обстановка, присущая подобным местам.

Я широко распахнула глаза, когда увидела, что в номере был еще и третий.

Вериаш сидел напротив кровати в этом самом кресле. Бедняга был настолько плотно окутан парализующими чарами, что свободной оставалась только голова.

Вериаш был в сознании. Он то и дело слабо моргал, глядя прямо на меня.

– А, заметила своего дружка? – Луциус проследил за направлением моего взгляда и довольно хмыкнул. – Дурачок так рвался тебя освободить, что мне не составило особого труда затянуть его в телепорт. А я уж испугался, что столь жирная и вкусная рыбка выскользнет из моего невода. Но нет. Улов получился знатным.

Встал и отошел к креслу.

Я напряглась изо всех сил, когда Луциус остановился напротив Вериаша.

– А я ведь правда скучал по тебе, Доминика, – задумчиво проговорил Луциус, заложив руки в карманы и тяжело, сверху вниз, глядя на пленника. – Целый год я каждый день думал о тебе. Вспоминал ночи, проведенные вместе. Я подготовил тебе поистине королевский подарок на годовщину нашей свадьбы. Надеюсь, ты оценила его. – Кинул быстрый взгляд на меня.

Я почувствовала, как мои губы против воли раздвигает злая усмешка. О да, я оценила. Пожалуй, никогда в жизни я не была настолько счастлива, как в тот миг, когда заглянула в мертвые остекленевшие глаза Викория Тиана.

– Некогда я сказал, что потребую от тебя лишь одного, – медленно продолжил Луциус, вновь все свое внимание обратив на Вериаша. – Верности. И что же я увидел, когда пришел забрать тебя? Ты самым наглым образом целовалась с этим молодчиком. Право слово, нехорошо. Очень нехорошо, Доминика.

– Мы не целовались, – хрипло выдохнула я.