Ведьминские истории. Попалась, ведьма!

Как тяжело мне было терпеть его тупую и бездарную дочь. Но я знала, что гримуар где-то рядом. И чувствовала, что его хранитель присматривается ко мне.

Я даже не обиделась, что она назвала меня «тупой и бездарной дочерью». Я во все глаза наблюдала за ее преображением. Маскировочные чары слезали с нее, как шкурки с полинявшей змеи. И куда только делась та женщина, которой я украдкой восхищалось все это время? Передо мной стояла настоящая старуха. И очень злобная, судя по ее насупленным бровям.

– Сколько ты тут уже? Два года, – Шейн покачал головой.

 – И за это время так и не познала прелести спокойной жизни? Ты видела трибунал над ближайшими приспешницами Терезы. Неужели в тот момент тебе не было обидно, что твои подруги погибли за преступления верховной ведьмы, а последняя вышла сухой из воды? Или забыла, что Тереза самолично привела в исполнение приговор магического надзора, не сделав ни малейшей попытки спасти их?

Эмилия низко опустила голову, будто признавая горькую правоту блондина. Но почти сразу вновь вскинула ее и с затаенной ненавистью взглянула на Шейна.

Я невольно попятилась, почуяв, как тугой волной на меня обрушился чужой гнев.

Шейн, в отличие от меня, не повел и бровью. Он стоял, широко расставив ноги и скрестив руки. И от его фигуры упругой ровной волной шли спокойствие и уверенность.

– Да, я видела казнь, – глухо сказала Эмилия. – И поклялась отомстить. Именно поэтому я здесь.

– Кому ты поклялась отомстить? – резко спросил Шейн. – И как именно? Тереза получила по заслугам.

Кому как не тебе знать об этом.

– Тереза была мне почти как мать, – с раздражением фыркнула Эмилия. – Она научила меня всему, что я знаю. Показала, какой силой может обладать ведьма, если откажется от предрассудков. Долгие годы нас угнетали, нас унижали, нас…

– Да хватит!

Ого, как Шейн умеет!

Нет, он не закричал, вообще не повысил голос, даже напротив, выдохнул это шепотом. Но мельчайшие волоски на моем теле встали дыбом. Показалось, что комната в один миг наполнилась клубками шипящих отвратительных созданий, чей яд способен убить за долю секунды.

Проняло даже Эмилию. Она переменилась в лице, побледнела.

– Ты говоришь сейчас словами Терезы, – продолжил Шейн. – Не своими. Неужели за эти два года ты не поняла, какому чудовищу помогала?

– Зато ты прекрасно понял. – Эмилия натужно усмехнулась. – Тебе ли упрекать меня в прошлом? Ведь именно ты был самым верным соратником Терезы. На твоих руках крови уж поболее, чем на моих.