Тридцать три несчастья и немного везения

Но я не считала себя птицей настолько высокого полета, чтобы ради меня он бросил все свои дела в столице и отправился в далекий северный город.

– Добрый вечер, виера Алекса, – вежливо поздоровался со мной Норберг, нарушив слегка затянувшуюся паузу.

В этот момент я напряженно размышляла над тем, не будет ли с моей стороны самым правильным поступком оттолкнуть неожиданного собеседника и с диким воплем ужаса ринуться в дом на поиски Дариана. Но почти сразу же отказалась от этой идеи. Нет, не сходи с ума, Алекса! Скорее всего, Норберга привели в Хельон какие-то свои дела.

Виер Норберг с легким неудовольствием изогнул бровь, и я вспомнила, что так и не ответила на его приветствие.

– До-добрый, – слегка запинаясь, проговорила я и тоскливо покосилась в сторону двери, ведущей в дом.

Украдкой осмотрелась, выискивая пути к отступлению. Но, увы, крыльцо к этому моменту совершенно опустело. Мы с Норбергом остались в полном одиночестве.

И опять мое движение не прошло мимо внимания мага. По его губам скользнула даже не улыбка – лишь тень ее. Но почти сразу виер посерьезнел. Резко втянул в себя воздух, будто гончая, берущая след. Зрачки Норберга недовольно сузились, и он уставился на неприметный серебряный кулон, висящий на моей шее.

Ага! Я довольно усмехнулась, ощутив, как в моих висках шевельнулась боль. Но неприятное ощущение тут же пропало, словно только почудилось. Значит, мой амулет работает, как надо. Что же, господин менталист, искренне надеюсь, что для вас это стало неприятной неожиданностью. Я не теряла времени даром, и все эти месяцы, проведенные вдали от Гроштера, потратила на напряженную работу. Приятно осознавать, что мои усилия не прошли даром.

– Как вижу, вы достигли определенных успехов в развитии вашего дара мага-артефактника, – кисло произнес Норберг.

Наконец-то оторвал взгляд от кулона и посмотрел мне прямо в глаза.

Я украдкой поежилась. Интересно, почему иногда кажется, будто Норберг – не совсем человек. Все-таки есть в нем нечто… необычное. И хорошо, что сейчас я могу рассуждать об этом совершенно спокойно, не опасаясь, что мои мысли подслушают.

И только я так подумала, как виски опять заломило. На сей раз удар был намного сильнее.