Танец над бездной

Но величие окружающего мира раздавило его. Стыдился он голову поднять, чтобы оглядеться, потому как считал себя недостойным такой благости. Тогда Младшая Богиня поцеловала его в уста, подарив огонь безумства и смелости.

– Красивая легенда,– прервала его Эвелина.

– А главное, что никто не может ее опровергнуть,– лукаво усмехнулся Ронни.– Впрочем, как и подтвердить. Но считается, что с тех пор стихии находятся под управлением Богов. А когда божественная семейка ссорится, на мир обрушиваются всевозможные несчастья.

– А как же Судьба? – продолжила расспросы девочка.

– Судьба… А вот про Судьбу совсем все непонятно. Кто-то считает ее Высшим Богом. Кто-то – пятой стихией. А кто-то вообще отказывается в нее верить. Говорят, она властна и над живыми и над мертвыми. И даже над нерожденными. Многое говорят, и ты сама должна выбрать, во что верить.

Эвелина долго молчала, обдумывая услышанное. А Ронни с любопытством за ней наблюдал. Наконец девочка тряхнула головой:

– Вы хотели меня о чем-то просить?

– Маленькая услуга.

– Хорошо,– после секундного замешательства согласилась девочка.– Но… Это надо идти к пристани. Брать лодку. И там еще идти около часа. Живые не любят общества мертвых. Мы не управимся к сроку.

– Не беда,– с заговорщицким видом наклонился к племяннице Ронни.– В последний день на Лазури мы можем немного пошиковать.

С этими словами он крепко взял девочку за руку. Мягкое золотистое свечение на миг окружило ребенка, заставив часто-часто заморгать.

Эвелина стояла среди густых кустов и молодых деревьев, которыми зарос противоположный берег соседнего острова. В полумиле от него, девочка знала точно, в океане протянулся широкий скалистый риф, поэтому волны в сезон штормов сюда не доходили. Лишь в особо ненастные дни до кромки суши долетали крупные соленые брызги бьющегося невдалеке прибоя. Именно здесь жители Лазури хоронили умерших.

У самой отвесной скалы покоились родители Эвелины. Девочка потянула Ронни в ту сторону. На островах не принято было делать могилы. На месте погребения высаживали дерево. Если оно гибло, то считалось, что душа человека возвращалась в этот мир завершать свое предназначение.