Прыжок под венец

Это было сказано настолько ледяным тоном, что на месте Вэйланда я бы немедля рухнула на колени и попыталась бы лбом пробить пол, вымаливая прощение.

Однако на Вэйланда недовольство короля не произвело особого впечатления. Он опять улыбнулся, правда, на сей раз несколько принужденно. Насмешливо вскинул бровь.

– На меня? – переспросил он с иронией. – Во имя Единого, на что же вы злитесь, ваше величество?

Я невольно отметила, что и Генриетта, и Вэйланд обращались к Азиэлю на «вы». Вот я бестолочь некультурная! Наверное, надо извиниться за свою фамильярность.

– Не надо, – бросил Азиэль, обращаясь ко мне. Правда, при этом он не сводил испытующего взгляда с Вэйланда. Добавил, желая развеять малейшие мои сомнения: – Анна, тебе не надо просить у меня прощения. Никогда и ни в чем. Поверь, если когда-нибудь я разозлюсь на тебя, то ты узнаешь об этом первой.

Если честно, меня слова короля не успокоили. Даже, напротив, заставили заволноваться еще сильнее. Как-то странно это прозвучало, если честно.

Я озадаченно почесала кончик носа. Ничего не понимаю!

– Ты прекрасно знал, что Генриетта мечтала стать верховной жрицей, – проговорил Азиэль, вновь обращаясь к Вэйланду. – И знал, что она спит с тобой лишь по этой причине. Нет у нее никаких чувств к тебе. Не было и не будет. Ты для нее был лишь средством подобраться ко мне поближе.

– Вы разбиваете мне сердце, ваше величество. – Вэйланд притворно всхлипнул, смахнув несуществующую слезинку с ресницы. – Как же мне теперь жить, зная, что моим телом так подло и бесцеремонно воспользовались?

Я не смогла сдержать улыбку.

Ага, как же, воспользовались его телом. Пусть еще скажет, что Генриетта его брала силой. Наверняка он с превеликим удовольствием проводил с ней время. Почему бы и нет? Я успела убедиться в том, что верховная гадалка – очень красивая девушка. И, чует мое сердце, Вэйланд не имел ничего против настолько приятного времяпрепровождения.

– Не паясничай! – строго одернул его Азиэль.

Вэйланд опустил голову, пряча лицо в тени.

Но я не сомневалась, что на его губах по-прежнему играет язвительная ухмылка.

– Вообще-то, ты поступил некрасиво, – продолжил король. – Ты должен был сразу сказать Генриетте, что не способен никак повлиять на процесс перерождения. Он просто не начнется, пока рядом не появится достойный. Генриетта могла бы день и ночь проводить подле моей кровати – но ничего бы не случилось.

– А зачем мне было так поступать? – с сарказмом осведомился Вэйланд.