Провинциалка в высшем свете. Огонь без дыма

Но почему тогда герцог никак не наказал Томаса за удар?

Н-да, загадочные дела все-таки творятся во дворце!

Глава четвертая

В коридоре нас вновь встретил камергер. Едва только дверь захлопнулась за нами, как он выступил из полумрака, царившего здесь.

– Приятно видеть, леди, что вы на ногах, – прошелестел он, доброжелательно посмотрев на меня.

Я смущенно хмыкнула. Интересно, что сказали бы мои родители, узнав, что я побывала в спальне брата короля?

– Ринуальдо, вызови целителя к Тегрею, – приказал Томас.

– Целителя? – Камергер высоко вздернул седые кустистые брови. Неловко пошутил: – Лорд Бейрил, не пугайте меня. Неужели вы исполнили свою давнюю угрозу…

– Вот именно, – перебил его Томас, не дав договорить. – Вот именно, что исполнил.

И с нескрываемой гордостью продемонстрировал пожилому мужчине содранные и опухшие костяшки правой руки.

Глаза камергера немедленно округлились. Он негромко вздохнул и моментально растворился в тени, покинув нас на удивление быстро и бесшумно.

– Так-то оно лучше, – пробурчал Томас. – Только этого старого проныры мне не хватало сейчас. И так нервы ни к демону.

Я не удержалась и легонько провела ладонью по его плечу, словно пытаясь приободрить.

Мне почему-то было сейчас очень жалко Томаса. Даже страшно представить, как ему нелегко. Он надеялся, что никогда больше не увидит Джессику, ничего не услышит о ней. Но по прихоти жестокой судьбы вынужден все силы бросить на ее поиски. А ведь Томас наверняка понимает, что за этим последует.

Во все времена кара за покушение на жизнь короля была одна – смертная казнь. Скорее всего, принца Эдриана минет сия участь. Как-никак, он единственный сын правителя Альмиона. Но Джессика… Она простолюдинка. И ей точно не избежать наказания.

Я думала, что Томас не оценит моего жеста поддержки. По своему обыкновению, просто не заметит его. Или же досадливо скинет мою руку с плеча и со своим обычным сарказмом поинтересуется, что это со мной.

Но Томас неожиданно накрыл мою ладонь своей.

Чуть сжал пальцы, и мое сердце привычно забилось от такого простого прикосновения.

– Прости, Аль, – негромко произнес он. – Видит небо, я и подумать не мог, что нас приглашают во дворец для подобного. Мне очень жаль, что тебе пришлось стать свидетельницей этой отвратительной сцены.

Томас извиняется? Я удивленно кашлянула. Что это с ним? Как-то это не в его привычках.

– Да ничего страшного, – поторопилась я заверить его.