Кодекс дракона

– Кто это? – Я повернулся к Флоксе, которая благоразумно сохраняла молчание весь наш разговор. – Что все это значит?

– Это храмовой дознаватель, – проговорила она, явно не желая противоречить словам незнакомца.

– Флокса, не темни! – прикрикнул я – Он ведь не принадлежит к храмовникам.

– Шени, я не могу объяснить. – Флокса скуксилась, состроив жалостливую гримасу. – Не спрашивай. Если я расскажу тебе, кто он, то у меня будут огромные неприятности. И даже ссылкой на драконьи выселки не отделаюсь. Скорее, выгонят из храма без права восстановления, хорошо, если язык не вырвут при этом.

Я изумленно кашлянул. Ого! Видать, мне и в самом деле не повезло перебежать дорогу очень серьезным людям.

«Не обольщайся, – впервые за долгое время подал голос бог-отступник. – Если бы ты перебежал ему дорогу – то был бы уже мертв. Уж поверь мне, я хорошо его знаю».

* * *

Я сидел на крыльце постоялого двора «Последний приют странника» и думал. До начала общего сбора гильдии оставалось еще полчаса.

Большинство моих коллег уже заняли свои места в зале, поэтому мое одиночество никто не нарушал. А мне было жизненно необходимо хоть несколько минут провести одному, чтобы собраться с мыслями.

Главным вопросом, который меня интересовал, являлась личность загадочного гостя. Флокса быстро убежала после окончания встречи, сославшись на какие-то неотложные дела. Наверняка обманывала. Испугалась, что я потребую разъяснений, и поспешила удалиться. И правильно сделала, кстати. Учиненный незнакомцем допрос вывел меня из состояния равновесия, которое в последние дни я и так с трудом сохранял.

Слишком много проблем на меня навалилось. Теперь еще этот псевдохрамовый дознаватель.

Я зябко передернул плечами. Несмотря на несусветную жару, стоявшую все эти дни, ночи в Лутионе оставались прохладными. Каждый вечер поднимался сильный северный ветер, несший со стороны залива запахи гниющих водорослей и морской соли.

Мысли вновь вернулись к этому Рикки. Интересно, кем же он являлся на самом деле? Его одежда более подходила обычному человеку, но никак не храмовнику: просторная льняная рубаха, потрепанные штаны, полное отсутствие оружия.

Слуги божьи любят поражать обывателей роскошью напоказ, по крайней мере, на дорогих тканях не экономят. Но даже не это главное. Я не заметил никакого медальона, ничего, что указывало бы на принадлежность юноши к храму.

Рука дернулась поправить шелковую маску с вышитым на ней золотыми ниткам номером тринадцать.