Кодекс дракона

Сдается мне, решение уже принято, и малышка Дани совершит головокружительный прыжок в иерархии наемных убийц. По вполне понятным причинам это меня не устраивало, особенно если учесть, что некогда она пыталась убить меня и мою подругу Флоксу. Новый высокий пост дарует Дани много возможностей и много искушений. Да, она присягнула на верность Лантию и поклялась, что оставит нас в покое. Однако чувство тревоги не покидало меня. Как говорится, доверяй, но проверяй. Возможно, если я принесу Лантию хоть какие-нибудь известия о драконе-убийце, то это заставит его изменить свое решение.

Нет, не подумайте дурного, я не претендую на пост члена теневого совета – для этого мне не хватает честолюбия. Да и потом у меня и так чересчур много проблем, чтобы взваливать на себя новые обязанности.

«Не обманывай себя, – раздался негромкий смешок. – Какие же вы, смертные, забавные. Так усердно делаете вид, будто власть вас не прельщает. Шени, чем выше ты стоишь в иерархии, тем меньше людей смеют тебе приказывать.

Я печально вздохнул. Ну да, признаюсь, где-то в глубине души жила безумная надежда, что именно меня Лантий выберет в теневой совет. Чего скрывать, чем выше пост я займу в гильдии, тем легче мне будет бороться против своего хозяина, если вдруг он осмелится претендовать на Флоксу. Ее я без боя отдавать не собираюсь ни при каком раскладе сил!

Тем временем Роммий немного отдышался после стычки с собакой, которая, трусливо поджав хвост, скрылась за ближайшим домом, не рискуя больше подавать голос.

– Торопитесь?

Роммий подскочил на месте от моего вопроса и испуганно завертел головой, воинственно выставив перед собой посох. Смешно, неужто он собрался им сражаться?

– Кто здесь? – запинающимся от страха голосом спросил архивариус. – Кто бы ты ни был – уходи, добрый человек.

– Уверены?

Я вышел из тени, стараясь держаться так, чтобы свет луны не падал на лицо. По голосу Роммий теперь меня не узнает – помогло простенькое заклинание, и теперь любой мог позавидовать моему глубокому басу. Я не собирался убивать главного архивариуса, хотя, признаюсь честно, руки у меня давно чешутся прикончить противного старика.