Ты никогда не была моей

Исси пока не знает, что Маркус настроен на признание. А я пообещал ему хорошую взбучку, если он всё-таки осмелится сказать ей о своих чувствах.

Шагаю по мостику к ней навстречу. Исси сразу замечает меня, и я, протянув руку, помогаю ей подняться. Немного не рассчитав силу, дёргаю на себя, и девушка врезается мне в грудь. Выставляет руку вперёд, невесомо касаясь моей грудной клетки, и замирает на месте, не поднимая глаз. Словно ей неловко.

– Ты почти опоздала, – говорю с улыбкой, а сам с жадностью вдыхаю запах её парфюма.

– Я не собиралась приходить, – она легонько пожимает плечами.

Ненадолго задерживает свои пальчики в моей ладони, но потом отстраняется и отпускает мою руку, невесомо скользнув второй по пуговицам рубашки.

– Но пришла же, – тоже пожимаю плечами, стараясь выглядеть отстранённо. – Пойдём наверх, вечеринка в самом разгаре.

Пропускаю Исси вперёд, сам иду следом. Когда подходим к крутой лестнице на верхнюю палубу, помогаю ей подняться, придерживая за стройные бёдра.

Мы касались друг друга, наверное, сотни раз. Росли вместе, бывало, что по-дружески обнимались, дрались во время ссор. Но никогда она не касалась меня как мужчины. Я всегда был ей просто приятелем. Сыном друзей родителей. Ничего больше…

Поднимаемся на палубу. Сегодня на яхте не так уж много народу. Закрытая вечеринка. Поэтому в основном здесь ребята из школы и некоторые завсегдатаи яхт-клуба. И, конечно, Маркус Холт. Но мы с ним в ссоре, поэтому не разговариваем.

– Маркус здесь? – словно прочитав мои мысли, интересуется Исси.

Оглядев толпу, сразу видит его. Собирается было двинуться в его направлении, но я удерживаю её на месте, схватив за локоть. Сам позвал её наверх, но вот уже хочу увести. Она моя, чёрт возьми!

– Ис… Нам надо поговорить. Наедине. Без Маркуса, – говорю, склонившись к её виску и перекрикивая музыку, которую только что врубили на полную, потому что яхта покинула бухту.

– Мы можем поговорить позже? – Исси говорит мне в самое ухо, тоже перекрикивая музыку.

Её рука непроизвольно ложится на моё плечо, и я притягиваю девушку за талию.

– Нет, не можем, – отрицательно качаю головой. – То, что я должен сказать, не терпит отлагательств, Исабель.

Она как-то напрягается всем телом. Растягивает на губах милую, но фальшивую улыбочку и, подняв указательный палец перед моим лицом, практически требует:

– Мне нужна минута!

Нехотя и не сразу, но отпускаю её.