Ты никогда не была моей

– Я не хотел возвращаться, потому что испытывал грёбаное чувство вины перед тобой, – говорит он с неприсущим ему жаром. Рывком поднимается, подходит вплотную. – Спасибо, бро, ты меня исцелил! – хлопает по моему напряжённому плечу.

Скидываю его руку.

– Ты подставил меня! – выплёвываю наконец обвинения, которые год рвались наружу.

– А ты бы не сделал то же самое? – спрашивает в лоб Маркус.

И я замолкаю. Так как он прав – я тоже поступил бы именно так. А возможно – ещё хуже. Сделал бы всё, что угодно, лишь бы быть с ней.

А теперь глотаю пыль из-под обуви бывшего друга, и мне никогда за ним не угнаться. Он, чёрт возьми, был у неё первым! А я при любом раскладе, даже если вдруг завоюю её внимание, навсегда стану лишь вторым.

Хотя этому не бывать, потому что Исабель охладела ко мне. Ей всё равно.

Вот дерьмо…

Свою ущербность и упущенные возможности понимаю теперь в полной мере. Осознание действительности больно бьёт по грудной клетке, вышибая остатки воздуха из груди.

Злость и опустошение могут стать причиной драки между нами, поэтому предпочитаю убраться.

– Мы не договорили, Киран, – пытается остановить меня Маркус.

Хватает за плечо, но я пихаю его в грудь и отступаю.

– Хочу, чтобы вы оба держались от меня подальше, – цежу сквозь зубы.

Маркус вдруг сухо смеётся. Потом его смех обрывается, и он обходит меня, бросив напоследок:

– Боюсь, твоим мечтам не суждено сбыться!

Сунув руки в карманы, уходит. Чёрт… Просто уходит.

– Ну и какого хрена это значит? – выкрикиваю ему в спину, всплеснув руками.

Но он и не думает отвечать.

Твою мать!

Глава 8. Ничего не изменилось

Киран

Утро встречает меня невесело…

Провозившись всю ночь без сна, обдумывая встречу с Ис, а потом и с Маркусом, я решил, что вполне могу держаться от них подальше. Они всё лето проведут на пляже, а я в яхт-клубе, выполняя обязанности отца. Нам же необязательно пересекаться.

Почти всю ночь я уговаривал себя, что так будет лучше. У них своя жизнь, у меня своя… И я смогу впустить в неё кого-то другого.

Всю ночь я отмахивался от чувств к Исабель. Пытался заглушить внутри себя злость, что просрал её. Но в той же степени боролся сам с собой, чтобы не затеять новую дуэль с Маркусом и не испортить им каникулы. Он же боится, что я могу её забрать. Так вот, наверное, могу…

В итоге сон срубил меня с приходом рассвета. А теперь часы красноречиво показывают одиннадцать.