Игра в кошки-мышки

Как бы я желала, чтобы на следующее утро все оказалось просто дурным сном!

– Янор, подожди меня в карете, – словно издалека услышала я голос Себастьяна. – Полагаю, на сегодня Трикс достаточно. Ей и без того досталось.

Я услышала, как хлопнула дверь. Видимо, Янор поспешил удалиться. А на меня вдруг навалилась такая усталость, что сил не оставалось даже открыть глаза и посмотреть на Себастьяна.

– Бедная моя. – В следующее мгновение я ощутила, как он легко, без малейшего усилия подхватил меня на руки.

Наверное, стоило бы возмутиться, сказать, что я и сама вполне в состоянии добраться до кровати. Но мне было так хорошо и уютно в надежных объятиях, что я лишь прижалась к Себастьяну крепче, обхватив его шею руками.

Удивительно, но на этот раз он не позволил себе никаких пошлых шуток или намеков на продолжение, хотя ситуация как нельзя более располагала к этому. Только отнес меня на второй этаж в спальню, после чего в буквальном смысле слова испарился, негромко пожелав напоследок спокойной ночи.

Дора помогла мне раздеться, сбрызнула подушку успокаивающими лавандовыми каплями, от тяжелого запаха которых у меня сразу же закружилась голова. И этот долгий безумный день наконец-то оказался для меня завершенным.

Не знаю, помогло ли мне средство верной компаньонки или же подействовало вино, но спала я крепко и без кошмаров. Хотя даже во сне меня не оставляло чувство, что Себастьян где-то рядом. Наблюдает за мной, готовый в случае чего прийти на помощь.

И от этого мне было лишь спокойнее.

* * *

– Ай! – жалобно вскрикнула я, когда очередная булавка безжалостно впилась в тело.

– Простите, – невозмутимо извинилась портниха, ни на миг не прекращая своей кропотливой работы. – Красота требует жертв, сьерра.

– И крови, – пробурчала я, чувствуя, как от долгого стояния перед зеркалом онемела спина и затекли ноги. – Скоро уже?

– Почти готово, – так же флегматично отозвалась суровая седовласая женщина, вгоняя мне в тело очередную булавку.

Я заволновалась. Что она на меня так уставилась? Неужели сейчас скажет, что долгая работа пошла насмарку и выбранный фасон и ткань мне совершенно не идут? Но ни один портной, даже самый гениальный и трудолюбивый, не успеет мне сделать новый наряд к завтрашнему вечеру.