Чернокнижники выбирают блондинок

– Слушай, Лютик, а проводи меня во двор, – внезапно попросил Раус и скорчил жалобную физиономию. – Все равно ведь проснулась.

– Вообще-то это ты меня разбудил, – напомнила я и обернулась к брату.

Он сидел на моей кровати. Какой-то маленький и взъерошенный. И внезапно меня кольнуло чувство жалости.

Он ведь младше меня. Ему всего четырнадцать. Да, ростом и силой его боги не обделили, но при этом Раус сохранял какое-то детское восприятие бытия.

Демоны, да ему, наверное, очень страшно в этом замке! Недаром про чернокнижников ходит столько жутких легенд.

И все-таки Раусу эти страхи не помешали прийти и просить за меня перед Дреганом. Неужели я откажу ему в такой малости?

К слову, мне бы и самой не помешало навестить это место. А одна я из комнаты точно не выйду.

– Эх ты, горе мое луковое, – укоризненно проговорила я. – Ладно, идем уж.

– А ты знаешь, где у этого колдуна уборная? – поинтересовался Раус, тут же встав.

– Понятия не имею. – Я легкомысленно пожала плечами. – Но сейчас лето. Выйдем во двор и как-нибудь определим, что дальше делать. В конце концов, если что – я отвернусь.

И в самом деле, что переживать по пустякам? Летом в деревне любой куст за уборную сойдет. Главное, чтоб не застукали в процессе.

Раус опасливо покосился на шар, висящий над моей головой. Пожал плечами и подошел к двери.

Тотчас же шар двинулся за ним. Но я даже обрадовалась этому. Я не сомневалась, что в коридорах замка сейчас царствует чернильный мрак.

Или что-нибудь…

И началось наше путешествие к заветной цели. Мы с Раусом не торопились, то и дело согласно замирая от любого подозрительного шороха. У меня под ложечкой неприятно сосало от чувства опасности. Ух, это не моя родная изба, где скрип любой половицы знаком и привычен с детства!

Неожиданно из-за очередной закрытой двери, мимо которой мы проходили, послышался какой-то непонятный звук.

Я остановилась с поднятой ногой, так и не сделав очередного шага.

Ой, что это?

– Идем, Лютик! – прошипел Раус, то и дело встревоженно оглядываясь по сторонам. – Чего застыла?

– Там кто-то плачет, – проговорила я, напряженно прислушиваясь.

Звук опять повторился, и я отчетливо услышала приглушенное всхлипывание, какое-то невнятное бормотание, в котором чудилась обида на весь мир.