Чернокнижники выбирают блондинок

– Наша деревня решила засвидетельствовать вам свое почтение, о господин, – вежливо ответила она. – Вы из рода Каас. Веками вы владели округой. В вашей милости было казнить и миловать. И мы приготовили вам дар.

– Дар? – скептически переспросил Дреган. Покосился на меня и сухо поинтересовался: – И какой же?

– Ее! – непрошенно влезла Яра. – Ее душа черна, но лоно еще чисто. Забирай ее. И верни мне сына!

– А разве ваш сын погиб или исчез? – удивительно, но в тоне Дрегана я почуяла скрытую насмешку.

– Он становится свиньей! – обиженно заявила Яра, видимо, не ощутив ничего дурного в тоне чернокнижника.

– Свиньей? – Теперь я могла бы поклясться, что Дреган из последних сил сдерживает смех. – Но разве он не был ею?

– Не смейте оскорблять моего сына! – взвилась от негодования Яра. – Он… Он милый мальчик. И не его вина, что ему на пути попалась эта шваль.

И Яра с такой злостью глянула на меня, что я невольно вжала голову в плечи, как будто спасаясь от возможного удара.

Затылок, совсем недавно пострадавший от ее полена, заныл, напоминая, на что способна в гневе мать Грега.

Дреган опять искоса глянул на меня, как будто ощутил мою боль. Его зрачки вдруг резко расширились, и оба глаза стали абсолютно черными, сравнявшись в цвете. И привычные мурашки пробежали по моему позвоночнику. Ох, сдается, спокойствие чернокнижника напускное. А в действительности он лишь в шаге от взрыва.

– А с ним что не так? – нарочито равнодушно осведомился Дреган и легким кивком показал на связанного Рауса, который стоял поодаль с весьма мрачным выражением лица.

– В том, что он брат этой гадины. – Яра хмыкнула, словно недоумевая, что надобно объяснять настолько очевидные вещи. – И он пытался выступить в ее защиту! Разве его вина не очевидна?

– Ну да, ну да, – тихо, словно беседуя сам с собою, произнес Дреган. – Брат пытается спасти сестру. Неслыханное злодеяние!

– Да, неслыханное, – важно подтвердила Яра, как будто не почуяв издевки в тоне Дрегана.

В следующий момент из уст женщины вдруг вырвалось воистину змеиное шипение.

Она смешно округлила глаза. Открыла рот опять – и вновь зашипела, как будто потревоженная гадюка. Прикрыла обеими ладонями рот, с ужасом глядя на Дрегана.

– Ну и семейка, – тихо, ни к кому, в сущности, не обращаясь, произнес тот. – Один – реальный боров. Другая – истинная гадюка.