Огенея, или 72 дня из жизни астронавта

Море штормило, волны с шумом набрасывались на наш плот, стараясь унести в пучину плохо закреплённые вещи, а мы пытались выжить, ловя морских обитателей гарпуном, сделанным из весла и антенны. Нашей команде улыбнулась удача – мы поймали крупную добычу и из её костей сделали крючки для ловли рыбы.

Каждый день подготовки даётся нам с трудом. Привыкнув пользоваться орудиями технического прогресса, сложно положиться на собственные силы. Несмотря на прекрасную физическую форму, ум, а за ним и рука тянется к привычному гаджету, а вместо него приходится пользоваться тем, что удалось найти в лесу, в море, в пустыне или в горах.

Но что нас ждёт на других планетах? Помогут ли нам приобретённые навыки выжить и проложить путь для первых переселенцев? А главное, как с этим справится наша психика, не сойдём ли мы с ума, как первые исследователи экзопланет?

Во время испытаний мы с Ясминой невольно обменивались взглядами. Это, конечно, не ускользнуло от Тристана.

В одном из перерывов он отозвал меня в сторону и спросил:

– Вы с Ясминой всё время смотрите друг на друга.

Мне пришлось соврать, что мы испытываем симпатию друг к другу, и пообещать, что это не помешает нашему полёту. Не получается у меня всегда быть честным. Секрет требует защиты, и я как верный «стражник», охраняя его, нарушаю этим свои принципы.

Вечером вывесили рейтинг команд. В конце первой недели мы оказались на одиннадцатом месте. Очень неплохо, исходя из того, что Бирмо в последние дни загрустил: большую часть времени находился в подавленном настроении, не проявляя никакой инициативы.

Бирмо андроид, специализация – биоинженерия. Может создать или воссоздать из «крупицы» вещества целую материю. Случается, что в своих исследованиях мы имеем дело лишь с фрагментами существовавшей когда-то жизни на планете, и именно они воскрешают прошлое планет. Бирмо не терпит спешки и суеты. Он ответственный, последовательный, вдумчивый и требует этого от всех.

Я всегда думал, что депрессия – это человеческая болезнь, но я ошибался.

Вечера до отбоя я проводил с ним, а не с Ясминой, как подозревал Тристан. Мы о многом разговаривали, и я был поражён глубиной его чувств и размышлений. Мы беседовали о самых разных вещах. Говорили о предназначении, о судьбе, о силе духа. Обсуждали, ради чего мы живём, рискуем, боремся, пытаемся выжить и попросту существуем. Жизнь человеческого существа не ограничена одной лишь деятельностью.