Ещё ближе

Поднимаю рюкзак и, хмуро взглянув на парня, пытаюсь его обойти. Вадим хватает меня за запястье.

– Сонь… Чё случилось-то?

Уничтожающе смотрю ему в лицо.

– Меня уволили! Из-за тебя, кстати!

– Что-о? – протягивает он, изображая на лице шок. – За что, блин? Ты гонишь, что ли?.. При чём здесь я?

Выдёргиваю руку и быстро выхожу из подсобки.

Ничего не буду ему объяснять. Он и сам в курсе того, что сделал!

Громов дожидается меня на том же месте. Теперь выражение его лица вновь обаятельное. Расслабленно прислонившись к стойке, он игриво стреляет глазами налево и направо.

От его неотразимой улыбки наверняка растаяла бо?льшая часть сердец женской публики.

К слову, этот мужчина не выглядит на свои тридцать. И не очень похож на большого босса. Скорее, напоминает избалованного мажора, который кутит по ночам, а днём дрыхнет.

Я выхожу в зал, стараясь не смотреть в сторону Вики. Перед ней мне ужасно стыдно. Встаю за спиной Громова. Но он, похоже, меня даже не замечает, потому что в его фокус попала миниатюрная брюнетка, устроившаяся в самом конце барной стойки.

Девица смотрит на Громова так же, как и он на неё – с явным вожделением. Проводит рукой по декольте своего откровенного платья и, зацепив изящным пальчиком ткань, делает вид, что поправляет лиф. Но от этого жеста её грудь практически вываливается наружу.

Не сдержавшись, едва заметно качаю головой и бубню себе под нос:

– Какая же идиотка…

– Кто? – вдруг спрашивает Громов, почему-то меня услышав.

Встречаюсь с его голубыми глазами.

На его лице снова злая маска.

– Кто? Про кого ты? Про себя, надеюсь? – говорит он с сарказмом.

– Да, про себя, – соглашаюсь я, но бросаю красноречивый взгляд на брюнетку.

А Громов, иронично хмыкнув, обращается к Вике:

– Угости вон ту за мой счёт.

Потом подмигивает девице, которая будет пить сегодня за счёт Громова, и идёт на выход.

Нагоняю его лишь на улице. Громов распахивает пассажирскую дверь своей машины и театрально расшаркивается:

– Прошу!

Решительно мотаю головой.

– Никуда я не поеду.

Он смеётся. Правда, этот смех похож, скорее, на угрозу. Делает шаг ко мне.

– Я же сказал: у тебя теперь новая работа. Садись в машину, – говорит он тоном, не терпящим возражений.

И я всё-таки выпаливаю прямо:

– Нет! Я не стану спать с Вами!

Громов ошеломлённо замирает. Вопросительно изогнув одну бровь, некоторое время молча смотрит на меня, как на душевнобольную.

– Спать? – произносит он чуть ли не оскорблённым тоном.