Когда они вернутся

Но Пол постоянно жил в штате Айдахо, граничащим с канадской провинцией Британская Колумбия. А значит территориально он оказался ближе всех к нужному городу Канады.

Вот так вот Рэнд стал неофициальной нянькой для Германа.

Поначалу работы в этом направлении предвиделось немного. Ну приехал, ну посмотрел.

Герман ничем не отличался от своих сверстников. Тусовки, вечеринки, компании, девушки. Чего ему, Полу тут делать? Зачем мешать молодому человеку, вырвавшемуся из-под маминого крыла?

Так что познакомились поближе, посидели в баре, обсудили проблему чернокожих, а он, Пол был афроамериканцем.

Довольный Пол отчитался перед сэром Томасом и зажил своей обычной жизнью. Не совсем конечно обычной, а жизнью рядового возращенца.

Герман общаться с ним не особо рвался, предпочитая общество своих ровесников. Именно поэтому Пол был удивлён, когда мальчик ему позвонил и попросил о встрече.

Минуло примерно полгода со дня переезда Германа в Канаду. И за это время он впервые связался с кем-то из клана возвращенцев.

– Привет, Пол. – Герман поднялся со своего стула и протянул руку для приветствия.

– Здравствуй. Не ожидал твоего звонка. У тебя всё в порядке?

– Да, конечно, не волнуйся.

Некоторое время разговаривали об учёбе, о Канаде, о хоккее, которым страстно увлёкся Герман.

Когда нейтральные темы был исчерпаны, Герман, слегка волнуясь произнёс:

– Пол, я пока многого не понимаю. Могу я задать тебе пару вопросов?

– Конечно задавай.

– В прошлой жизни я был женат. Что будет, если я в этой жизни женюсь на той же женщине? Вы говорите, что я – Великий. Сможет ли у меня родиться та же дочь? Как я у мамы родился второй раз.

– Боюсь, что нет, Dear friend. Привилегия рожать возвращенцев есть только у твоей мамы. У тебя такого лёгкого пути не будет. Если ты помнишь дату зачатия своего ребёнка, советую тебе начать заводить её в тот же момент.

– А как же быть с тем, что я в этой жизни выгляжу иначе? Вдруг я не понравлюсь своей жене?

В голосе Германа была растерянность.

В мальчике совсем не было той самоуверенности и самолюбования, что была присуща Илье Бакунину. В свои почти восемнадцать, он стал ещё более статным и красивым, чем был в 13 лет. В день, когда Пол его впервые увидел. Но Герман своей красоты будто не замечал.