Светлый оттенок тьмы

Карс молча стоял рядом, глядя в воду источника. Она кожей чувствовала исходящий от него гнев. Она знала, как он хотел стать её мужем. Но оба понимали, что это невозможно.

– Мне шепнули на ухо, что его отца стоит опасаться. Клыкастые считают его сильнейшим из владык. И в этом что-то есть. Кошей совсем немного. Два старика, два сопляка. Ирвальд единственный воин в семье.

Карс хмыкнул. Однако призадумался.

– Хорошо, пусть щенок поживёт пока.

– Оставь его, – Кьяра неожиданно расплылась в улыбке и протянула к нему руки, – иди ко мне.

Карс схватил её за волосы, намотал на ладонь и потянул к себе. На ресницах Кьяры выступили слёзы боли. Он вытер их пальцем, затем швырнул её лицом в пол и навалился сверху, лаская ягодицы огрубевшими ладонями. Пальцы его проникали всюду, яростно сжимая плоть. Кьяра закрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями любовника. Он владел ею, потому что она сама этого хотела. И это было величайшим блаженством…

Несколькими мгновениями позже Кьяра выбралась из объятий Карса и стала собирать одежду.

– Уходишь? Как всегда…

– Мне нужно выспаться. Почти не осталось сил.

– Готовишься принимать нового мужа?

– Мне не привыкать, – равнодушно сказала Кьяра.

– Я возьму себе новую жену, – вдруг сказал Карс. Она вздрогнула и посмотрела на него с тревогой.

– У тебя их четыре.

– Но достаточно было б тебя одной, – буркнул любовник, скатываясь с берега в тёплый источник.

Кьяра подошла поближе и наклонилась, чтобы получше рассмотреть его лицо.

– Хочешь наказать меня?

– Совсем нет, любовь моя. Источник опять пуст. Нам неоткуда черпать силы. Сатьяна готова отдаться жертвенному огню. Она знала это с самого начала. Такова участь первой жены.

– Пятой, – едва слышно прошептала Кьяра, – она уже пятая.

– Я и без тебя знаю, – грубо отрезал Карс.

– Ты бы и со мной так поступил, если б я могла стать твоей?

– Ты говоришь, будто это зло, моя красавица.

– Я из другой семьи, – холодно заметила Кьяра.

– Нет, ты одна из нас, маленькая упырка. Но ты другая, совсем другая. Ты предназначена для моей любви, а не для жертвенного огня.

Карс улыбался ей из источника, окутанный облачками пара. По широким белым плечам стекали струйки воды.