Наследник Ярости

Стены замка были утыканы факелами, горевшими день и ночь, источая приторный сладковатый аромат топлёного козьего жира. Потолки замка, некогда расписанные фресками, были покрыты несмываемым слоем копоти.

– Мой младший брат Орвилл погиб.

– О! – только и смог сказать Ирвальд.

Владыку не так легко было убить. А уж Орвилл слыл опытным воином, жёстким и гордым – про силу и дерзость его слагали легенды. Он не щадил врагов и не подставлял им спину.

– Сегодня мы с братьями предадим его тело водопаду. Семья соберется на памятный ужин.

– Но как это случилось? Орвилл?! – сокрушался Ирвальд. Его не волновали церемонии. Кровь в груди кипела от праведного гнева. Смерть владыки должна быть отомщена. Вечером семья решит судьбу безумца, кем бы он ни был.

– Орвилл получил по заслугам, – неожиданно сказал отец.

– Что? – брови Ирвальда поползли вверх от удивления. Владыка? По заслугам? Это было что-то новое в не писаных законах владык.

– Да-да, сынок! Когда все время бросаешь вызов Горам, обязательно наступит час, когда Горы обрушат на тебя камни.

– Что он натворил?

Мораш оскалил зубы в подобии улыбки и задумчиво накрутил на палец длинную прядь.

– Помню, когда Орвилл был совсем маленьким, в замок привели ящера, закованного в цепи, – так, забавы ради. Нам хотелось поиграть с ним, но ящер не подпускал никого близко. У него были огромные зубы и острые когти. Ему не нравилось сидеть на цепи! Ещё бы! А следующей ночью ящеру удалось разорвать цепи. Он сбежал, разодрав стражников, охранявших его, в клочья.

– Поймал?

– Как видишь…

– Только не говори, что он охотился на ящера в одиночку!

– Орвилл верил, что сможет, если не пленить зверя, то убить. И ещё больше прославиться.

– И что нам теперь делать? – спросил Ирвальд, – Искать ящера?

– Не думаю, что нам стоит это делать, – возразил Мораш, – и братья со мной согласны. Мы подумаем, как наказать ящера за дерзость, но не сейчас.

– Как скажешь, отец.

Ирвальд почтительно склонил голову, полагая, что вопрос решён. Если отец не желает скорой мести, то так тому и быть.

– Но я позвал тебя не для этого.

В комнате воцарилась тишина. Слышно было, как пищат крысы, сновавшие в щелях скал, как шумят, пробиваясь в камнях, пещерные ручейки. Ирвальду стало не по себе. Как же он сразу не догадался: семья сбудет делить вершины, принадлежавшие Орвиллу.