Обряд ведьмы

Словно кто-то обитал в этих домах, может быть русалки из Ильюхиного рассказа, а может быть кто-то другой, ещё похуже и пострашнее. Возможно они следили за мной через пыльные чердачные окна.

В одном месте дорогу пересекала цепочка огромных звериных следов. Я не следопыт, но тут явно пробежал крупный пес. Или, может быть, лесной зверь? Я невольно поежилась и ускорила шаг. Встреча даже с обычной собакой пугала меня. Я же для них чужая.

Вдруг впереди я увидела огромного медведя. Он наполовину вышел на дорогу и теперь неподвижно стоял, положив лапы на поваленное дерево.

Я сделала шаг назад и замерла. Зверь так и не сдвинулся с места. Он всё ещё не замечал меня. Я попятилась и вдруг услышала голоса. Из-за поворота навстречу мне показались две женщины, они громко болтали, не обращая никакого внимания на медведя, словно его тут и не было.

– А что я? Я то и говорю, все знаки указывают, сама скоро увидишь, – вещала одна тетка в черных легенцах и цветастой футболке.

– Ох, накликаешь ты беду, Семеновна, – замотала головой другая в ярком сарафане с подсолнухами.

– Что её кликать, если вон она сама за воротами ходит, – возразила первая, – ты как знаешь, а мы в город переедем покамест.

– А урожай как же?

– Сама ещё не знаю.

– Вот не знаешь и помалкивай тогда. Особливо, когда мы по нехорошему месту идем, не дай бог, кто услышит. Ты хоть по сторонам не глазей, а то вынырнет кто-нибудь и сманит, как Гришку.

– Да кому я нужна старая, – отмахнулась первая, – если черту водяному только.

– Тьфу на тебя, Семеновна, вот ей богу беду накликаешь!

Но заметив меня, они обе замолчали. Не про того ли они Гришку говорили, которого якобы русалка утащила? А я считала, что Илья всё выдумал.

Потоптавшись на месте, я всё же решилась пойти вперед. Постепенно черты вырисовывались и черный сгусток теперь не походил на медведя, я пошла быстрее, чтобы миновать это место, пока кто-то есть здесь, кроме меня, и страшное чудовище вскоре превратилось в огромные корни поваленного дерева. Я хмыкнула, но мне было не до смеха, женщины скрылись за другим поворотом, и я осталась опять одна, поежилась, слишком уж какой-то мрачный пейзаж был вокруг.