Радогощь

– Да в смысле? – взбрыкиваю я, – у нас все прививки есть, можем показать Q-код.

– Не только болезнями, но и злыми духами, – объясняет старик, – нужно покамест вам в карантийной зоне побыть, очиститься.

– Фигеть, – закатываю глаза.

– Дарина, не спорь, ну таков обычай, – улыбается мне Лера, – знаешь же пословицу – со своим уставом в чужой монастырь не лезь.

– Вот верно, – поддакивает старик.

– А как вас зовут? – спрашивает она его. – Я Лера, а это мои друзья – Даня, Кирилл, Аня, Игорь, Олеся и Дарина.

 – Она с таким видом тыкает в каждого из нас, будто знает нас давно.

– Зовите меня Аверьян Егорыч, – кивает он.

– А меня Пуления Авсеевна, – громко произносит женщина с подносом.

Вся процессия вдруг разворачивается и движется в обратную сторону, всё также задорно напевая и развешивая ленты на кустах.

– Идите за мной, – зовет Пуления Авсеевна, передавая поднос помощнице и ведет нас вверх по другой тропинке.

Топаем за ней. Солнце начинает здорово так припекать, снимаю совсем ветровку.

Идти недалеко, всё прямо вдоль кустов с яркими красными листьями и вот мы поднимаемся на холмистую площадку усеянными большими шатрами. Повсюду шум-гам: где-то играет музыка, где-то стучат в барабаны.

– Как же жарко, – вырывается у меня. – На том берегу дождь, холодно, а у вас тут лето.

– Это всё наши шаманы, – улыбается Пуления Авсеевна, показывая на вереницу пляшущих людей на склоне холма. Там их человек пять-шесть. Укутались в шкуры, на головах какие-то маски с оленьими рогами, бьют в огромные бубны и изгибаются в дикой пляске.

 – Они тучи разгоняют, чтобы солнышко привечать. Радогощь!

– Что? – не понимаю я.

– Радогощь. Осеннее равноденствие. Это когда день становится равный ночи, а после Радогощи день идет на убыль, наступают холода. Священный праздник у когальского народа. В это время подсчитывают урожай, восхваляют и благодарят природу за плодовитость, готовятся к зиме. В такой великий день может сыграть свадьбу только ал-когал, то есть выходец из наивысшего сословия, если точно перевести на русский язык, – вместо неё поясняет Аверьян Егорыч, наш проводник.

 – Вон видите белые шатры на вершине холма – там ал-когалы, туда женщинам заходить нельзя, там находятся только мужчины.

– Ясно, – киваю я.

Что с них взять, у них всё поди как в 19 веке, женщинам ничего нельзя.

Выходим на огромную поляну, тут много разномастных шатров, каждый огорожен небольшим кругом из веток, камней и из того, что попалось под руку.