Рука и сердце Кинг-Конга

Удаляя с проезжей части мешающие движению транспортные средства, парни в оранжевых комбинезонах перегородили проезд троллейбусу. Раздосадованные пассажиры в полном составе вывалили на дорогу и утешили себя нашей бесплатной выпивкой. После этого информация в режиме «звонок другу» пошла в народ, затем о столпотворении на Зеленой сообщили в местном эфире «Авторадио», и на точку стали подтягиваться зеваки и халявщики.

– Пиар в России – больше, чем пиар! – сказал Полонский, любуясь организованным нами столпотворением.

– А где же обещанное телевидение? – через головы дегустаторов нервно поинтересовался Баринов. – Осталось всего пять бутылок, это минут на десять, не больше!

Я тоже заволновалась и посмотрела на часы: телевидение опаздывало. Съемочная группа, которую обещал прислать мой друг и давний поклонник Максим Смеловский, застряла в пробке, которую мы же сами и устроили.

– Идем пешком в полной амуниции, будем минут через пятнадцать! – задыхаясь, доложил срочно вызванный Максим в телефонную трубку.

– Время – деньги! – вспомнила я и крикнула секретарше: – Кать, пиастры на наше на пропитание у тебя?

Катерина кивнула: выполняя функции кадровика, она поутру выбила из шефа пятьсот рублей на прокорм сотрудников, занятых ответственной рекламной работой на выезде.

– Было нам на прокорм, станет им на пропой! – вздохнул Полонский, с лету уловив мою мысль.

Он быстро пересчитал пятьсот рэ на водочные поллитры, обнадежил нас сообщением, что денег должно хватить на семь бутылок, а семи бутылок – еще на пятнадцать минут, и умчался на поиски продовольственного магазина, в ассортименте которого имеется стремительно набирающая популярность водка «Екатериновка».

Толпа прибывала, как паводок. За первым троллейбусом остановился второй, и из его открывшихся дверей водопадами хлынули потоки пассажиров, на лицах которых без труда читалось радостное оживление. Активного недовольства внеплановой остановкой никто не выражал. Я заподозрила, что городское троллейбусное управление пустило машины по спецмаршруту к нашей бесплатной водочной точке.

– Посторонись, шалава!

– Сама шалава! – мгновенно окрысилась Катерина. – Корова!

Я кашлянула: слышать про коров мне было неприятно.