Сеанс мужского стриптиза

Признаться, я недолюбливаю навязчивых незнакомцев.

– А вы сами кто – страховой агент? – подозрительно спросила я, не ответив должным образом на приветствие. – Или белый брат во Христе?

– Неужто похож? – удивился молодой человек, переложив из одной руки в другую щегольский тонкий портфельчик.

Будь эта ручная кладь пообъемистее, я приняла бы своего собеседника за «представителя канадской компании».

– Нет, я не миссионер, – сказал он. – Я Федор Капустин. А вы здешняя горничная?

– Неужто похожа? – передразнила его я.

Мне самой типичная горничная виделась аккуратно причесанной милой девушкой в скромном темном платье с белым передником. Мой расхристанный пестрядинный сарафанчик походил на строгую униформу не больше, чем старая мочалка на весенний ландыш. Да и с красивым новым домом ревнивой брюнетки Надин я в своем имидже работящей деревенской сиротки сочеталась плохо.

– Я тут уборкой занималась, – уклончиво объяснила я.

– Значит, вы Нина! – сделал неожиданный и неправильный вывод рыбоглазый Федор Капустин.

Он улыбнулся, как пиранья, и неожиданно крепко ухватил меня за локоть холодным влажным плавником.

– Эй, в чем дело? – возмутилась я. – Уберите руки! Что вам нужно?

– Мне нужны деньги, – честно сказал опасный приставала.

– Вы грабитель? – удивилась я.

На разбойника с большой дороги худосочный юноша в наряде чинуши походил еще меньше, чем я на горничную.

– Я? – Капустин тоже удивился. – Да вы нахалка!

– Есть немного, – согласилась я.

– Послушайте, милая Нина! – почти ласково сказал он. – Предлагаю договориться по-хорошему. Вы вернете баксы и камни, а мы не будем вас преследовать. Согласны?

Я разинула рот – это должно было очень идти к образу деревенской дурочки. В голове свистящим паровозиком побежали мысли.

Верните баксы и камни, так он сказал? И при этом назвал меня Ниной. Интересно, какая это Нина? Уж не покойная ли Нинель Горчакова, горничная-уборщица, на место которой дружно самовыдвинулись мы с мамулей? Весьма вероятно! Но о каких баксах идет речь? Неужели здешней прислуге платят в валюте?!

Я подумала, что поспешила с увольнением, хотя еще сомневалась в правильности своих рассуждений.

– Какие баксы и камни? – спросила я напряженно скалящегося господина Капустина.

– В самом деле нахалка! – со вздохом укорил меня он.