Свидание на пороховой бочке

В тугом охвате плотной ткани подбородок ее перестал нервно вздрагивать, но бледные губы по-прежнему норовили плаксиво расползтись.

Что ж, по крайней мере, стало ясно, в чем главная проблема.

Сформулировав задачу, экс-отличница Трошкина быстро нашла решение.

Основательно смазанные медом, губы приобрели красивый блеск и неплохо зафиксировались.

Несколько минут спустя Алка позвонила в дверь квартиры Кузнецовых, сделала умильное личико и, дожидаясь, пока ей откроют, энергично похлопала ресницами.

– Ах, детка, что случилось? – встревоженно спросила знаменитая писательница Кузнецова, созерцая яростно моргающую Трошкину.

– Здрасьте, дядя Бо… ся, – промямлила Алка, запоздало подкорректировав домашнюю заготовку.

Это прозвучало странно.

– А с губами у тебя что? – пуще прежнего взволновалась наблюдательная писательница. – Алла, да у тебя рот перекошен! И речь затруднена!

Ее осенило:

– Мама, несите вашу иголку, у Аллы инсульт!

Получилось на редкость удачно: бабушка Кузнецова еще не убрала в аптечку стерильный одноразовый шприц, приготовленный на случай борьбы с инсультом в неопределенном будущем, а роковой час уже наступил.

– Бегу, бегу! Несу, несу! – радостно заблажила предусмотрительная старушка, энергично шаркая тапками по направлению к пациентке Трошкиной.

– А где Зяма? – с трудом договорила негнущимися медовыми губами Алка.

– Он непременно навестит тебя в больнице, – пообещала писательница и цепко сцапала гостью за палец.

– О! Он в больнице?!

Вообразив, что хворь скосила Зяму, Трошкина страшно побледнела, но по инерции продолжала хлопать ресницами.

Таким образом, она демонстрировала все признаки инсульта, описанные в полезной статье: спутанное сознание, заикание, бледность, дергающиеся глаза и несимметричные губы.

– В «Скорую» звонить? – вооружив невестку спасительным шприцем, спросила бабуля.

– Да!

– Дзиииинь! – пропел дверной звонок.

Трошкина, обморочно прислонившаяся к двери, упала в чьи-то крепкие объятия.

– Здра… Черт возьми! Что тут происходит? – вопросил мужской голос.

– Гау? – С аналогичной интонацией взлаял пес.

– Дениска! – Лжеинсультница Трошкина с редким проворством извернулась и повисла на шее у майора Кулебякина. – Ты вернулся! Ты-то мне и нужен!

– Мама, не звоните пока в «Скорую», – сориентировалась писательница. – Аллочка, тебе уже лучше?

– А где Инка? – спросил майор.

– А где Зяма? – спросила Алка.