Семь футов под килькой

Второй в это время красил белой известью переносной заборчик из штакетника. Очевидно, директрисе тоже показалось, что пять тысяч ни за что – это многовато, так что она раскошелилась на изготовление специальных заграждений.

– Это свои! – покричала сверху Дора, увидев, что я вступила в дискуссию с работягами. – Вася, Федя, запомните Люсю и пропускайте ее!

– Век помнить будем, – пообещал Вася, с которым я уже почти успела поругаться, но все же отступил с моего пути.

Пыхтя и проклиная парадные каблуки, я взбежала на горку по винтообразной песчаной тропке и только наверху увидела, что могла бы красиво взойти по широкой прямой лестнице, которую уже накрыли красной ковровой дорожкой.

– Не дорожишь ты этой работой, я вижу! – с ходу упрекнула меня начальница.

Она была при полном параде: упакована в элегантный брючный костюм на порядок дороже моего собственного, обута в пресловутые лабутены, загримирована и щедро украшена бриллиантами. Два прозрачных камешка сверкали у нее в ушах, третий игриво прятался в ложбинке декольте, четвертый фонтанировал радужными искрами на пальце.

В левой руке Дора держала кожаный блокнот ручной работы, пальцами правой искательно шевелила. Я вытянула у нее из-за уха золоченый карандаш, забрала себе блокнот и хладнокровно отбила претензию:

– Пусть эта работа дорожит мной!

После чего сразу же показала, какой я ценный сотрудник, бегло пройдясь по списку.

– Так, интерьер готов, кейтеринг будет через полчаса, клининг заказан на двенадцать, цветочники уже здесь, я видела, они выгружаются на входе в парк.

Музыканта и видеооператора еще ждем… Между прочим, грим у тебя сегодня отличный, а вот с брюликами, по-моему, перебор: гарнитуры уже не в моде, это тебе и Петрик подтвердит.

– Я пожилая дама, мне простительна некоторая консервативность. – Дора кокетливо поправила натуральный седой локон.

– А, то есть с бриллиантами – это ты нарочно?

– По-моему, очень изящный способ подчеркнуть мой почтенный возраст. – Доронина вздохнула, как бы печалясь о своих годах – своем богатстве, и бриллиантовая горошина на упругих грудях задорно подпрыгнула.

Доре вообще-то всего двадцать семь, ее седые локоны – превосходный дорогой парик, а редкие морщинки старательно нарисованы визажистом, но – тсс! Клубным дамам об этом знать не следует.

По легенде госпожа Феодора Доронина разменяла уже восьмой десяток, но превосходно выглядит – максимум на пятьдесят! – благодаря собственной уникальной антивозрастной программе.