Помеха справа

Настоящий полковник, мужчина давно разведенный, а в процессе недолгого супружества не обросший броней, как наши любимые мужья, покорно встал и собирал в стопку пустые тарелки.

Мы с Иркой обменялись понимающими ухмылками и пошли в дом. Лазарчук потянулся следом, как бычок на веревочке.

Едва мы все оказались в кухне, подруга развернулась к полковнику, велела ему:

– Ну, выкладывай! – и при этом явно не имела в виду посуду, которую просто отняла и сама небрежно сгрузила в мойку.

– На автодроме, – машинально поправил ее Лазарчук. И спохватился: – А почему это я должен вам что-то рассказывать?

– Потому что тогда и мы тебе, возможно, что-то расскажем!

– Ладно, – полковник не стал упорствовать. Отошел к диванчику, прежде чем сесть на него, вытянул из заднего кармана джинсов сложенный вчетверо лист бумаги, развернул.

Ирка подпихнула меня локтем, я кивнула – мол, вижу, Лазарчук подготовился. Не дурак, знал, что мы будем спрашивать.

– Все данные – пока предварительные, – предупредил полковник и с бумажкой в руке плюхнулся на диван. Откашлялся: – Итак… В учебном автомобиле было взрывное устройство. Вероятно, дистанционно управляемое.

Я ахнула.

– Спокойно, мамаша! – Серега покосился на меня. – С другими машинами автошколы все в порядке, их тщательно осмотрели.

– То есть взорвать хотели именно этот автомобиль? А почему? Кто был за рулем? – уяснив, что моему сыну вроде бы ничего не грозит, я взяла себя в руки.

– Девочка, вернее, молодая женщина, – Лазарчук заглянул в бумажку. – Антиповец Валентина Антоновна, двадцати лет.

Теперь уже Ирка охнула:

– Такая молодая!

– Антиповец, Антиповец, – я покрутила в голове довольно редкую фамилию. – Это не родственница ли владельца оптовой базы «Буренушка»?

– А ты молодец! – полковник кивнул мне. – Знакома с миллионерами из девяностых?

– Валерий Антиповец – бывший совладелец нашей телекомпании, – припомнила я.

– Преуспевал, – поправил меня Лазарчук.

Я подняла бровь.

– Он тоже уже того, – ответил полковник на невысказанный вопрос.

– В смысле – того? – не поняла я. – Тоже умер? Когда, как?

– А вот это самое интересное, – Серега снова заглянул в бумажку.