Конкурс киллеров. Красота спасет мымр

Увы, Белогвардейская тоже оказалась затопленной, народ двигался вдоль заборов гуськом, пришлось и нам пристроиться в очередь! Я нервно оглядывалась, опасаясь, что преследователи нас вот-вот настигнут.

– Может, переждем в тепле и сухости? – Ирка кивнула на застывший посреди улицы трамвай: рельсы перед ним были полностью скрыты водой и вагон стоял на месте, дожидаясь окончания великого потопа.

– С ума сошла? – ужаснулась я. – За нами идут убийцы, а мы полезем в трамвай?! Забыла про Усова?!

– Тогда вперед! – Ирка решительно зашлепала по воде.

– Куда они денутся? – закуривая, сказал Бармалютка.

Некурящий Мелюзгаврик отмахнулся от вонючего дыма и плотнее прижался к стене.

Спасаясь от потопа, парни забрались в пустующую нишу на фасаде старинного купеческого особняка. Емкость ниши как раз равнялась одной крупной кариатиде или двум малогабаритным юношам.

– Я эту местность прекрасно знаю, – продолжал Бармалютка, выпуская дым. – У меня здесь тетка жила. Эту Белогвардейскую, как дождь, так затапливает по колено.

Спустя десять минут Мелюзгаврик выразительно посмотрел на часы, потом на Бармалютку, потом на небо. Дождь прекратился, река, в которую улица превратилась несколько минут назад, мелела на глазах. Вода с ревом втягивалась в открытые канализационные люки, кое-где уже показалась блестящая булыжная мостовая.

– Упустили! – Бармалютка сиганул из ниши на плечи шарахнувшимся врассыпную пешеходам. – Бегом, за ними!

Кабинетный мыслитель Мелюзгаврик от активного товарища поотстал. Когда он, тяжело дыша, прибежал к перекрестку, матерящийся Бармалютка уже шагал в обратную сторону.

– Ну, что там?

– Ты не поверишь, там паромщик, – угрюмо буркнул Бармалютка, не останавливаясь.

– Там кто?!

– Паромщик! Такой дед в сапогах по пояс и с тележкой, на которой на рынке грузы возят! Сажал, паскуда, по паре человек в свою тачку и перевозил на другую сторону! И наших баб перевез, по пятерке с носа!

– И недорого совсем, – пробормотал Мелюзгаврик.

Зарычав, Бармалютка ускорил шаг, торопясь вернуться к машинам, но на повороте в проулок вынужден был остановиться, пропуская встречный транспорт. Издевательски посигналив клаксоном, мимо прокатила знакомая белая «шестерка».