Тридцать четыре ёжки для Кощея. Книга вторая. В погоне за женихом

Главное, пряности с ядами не перепутать, а то, не ровен час, кто-нибудь на тот свет отправится».

Ворона подозрительно присмотрелась ко мне и, чтобы развеять ее сомнения, я ободряюще заявила:

– Готовка – мой конек.

Она насторожилась, но все же с сомнением в голосе проговорила:

– Ступай.

И как только поверила?..

Сказав хранителю вернутся в хрустальный сад, ликуя в душе, я вприпрыжку помчалась на кухню. До вечера нужно было столько всего приготовить, а я пока даже не знала, с чего начать. Но что мешает мне призвать на помощь магию?.

Глава 4

– Мирослава, а ты точно умеешь готовить? – застал меня у замка голос Зиги.

Я остановилась перед парадным входом, и обернулась.   Рука об руку Зиги с Савиной шли в мою сторону.

– Мира будет готовить? – почему-то сильно удивилась появившаяся в открытых дверях Аляна. Позади нее высился Даниил и, как мне показалось, он подозрительно насторожился.

– На мне сегодня ужин, –  сосредоточенно подтвердила я, и ноги сами понесли меня по лестнице наверх, поближе к кухне.

Прошмыгнув мимо замешкавшихся Аляны с Даниилом, я направилась в столовую, где имелся вход на кухню.

– Оставим прогулку на потом, – донесся до меня из холла голос Аляны.

– Если Даниил не сляжет после стряпни Мирославы, – подбодрил Кощея Зигуриус.

Где-то за моей спиной звонко застучали по полу каблучки подруг.

– Зиги, поддержка у нас ни к черту. Тебе следует над этим поработать. Ты совсем в меня не веришь? – попеняла ему я.

Друг мгновенно собрался и серьезным тоном ободряюще заявил:

– Конечно, я в тебе не сомневаюсь. – И он бы меня убедил, не услышь я брошенное небрежно: – Но я сомневаюсь в своем желудке. Наверное, мне лучше воздержаться от ужина.

– Тебе же хуже, – нисколько не обиделась я. Главное, что я в себя верила и подруги…

Савина с Аляной догнали меня возле мраморной колонны, за которой сразу начинался коридор, ведущий прямиком в столовую. Мы остановились. Хм… выглядели они слишком испуганно для веры в меня.

– Вы ведь попробуете мою стряпню?

– Божечки упаси, – вырвалось у Аляны прежде, чем она успела зажать ладонью рот.

Я нахмурилась и с такой обидой посмотрела на подругу, что она почти сразу сдалась.

– Что бы ты там не наготовила, я обязательно попробую, – густо покраснев, запинаясь, проговорила она.

С независимым видом Савина положила ладонь на стену и принялась разглядывать изумрудные вензеля на ней.