Кляча в белых тапочках

– Привет погорельцам! – весело приветствовала я приятеля, восседающего на пыльной обочине.

– Присаживайтесь, – незнакомый улыбчивый парень, соседствующий с унылым Лазарчуком, подвинулся, галантно уступая мне часть свежепобеленного бордюра.

– Спасибо, я постою, – отмахнулась я. – Серега, что там у вас горит?

– Столовая, – угрюмо буркнул Серый.

– У вас разве есть столовая? – удивилась я, нетерпеливо переминаясь, потому что мне очень хотелось сбегать взглянуть на пионерский, пардон, милицейский костер.

– Теперь нету, – согласился Серый.

Речь его была несколько затруднена, потому что говорил Серый, почти не разжимая челюстей: подбородком он опирался на крючковатую ручку старомодного зонта. Я присмотрелась: на шее у капитана в этот теплый денек красовался шерстяной шарф, весьма своеобразно сочетающийся с легкой трикотажной футболкой.

– Я смотрю, ты успел спасти свое личное имущество – то, что болталось на вешалке в кабинете? – подытожила я увиденное.

– Не только личное, но и казенное, – обиделся Серый.

– Сашок, – кстати представился сосед Серого по бордюру.

– Очень приятно, Елена, – кивнула я.

И огляделась в поисках упомянутой Серым достопримечательности – массивной парковой скамьи на витых чугунных ножках. По легенде, некогда она была оприходована отделением как вещдок, да так и прижилась в одном из кабинетов.

Скамья помещалась рядом, в крайне неестественной для нее вертикальной стойке, вплотную к стволу раскидистого клена.

– Не боитесь, что она упадет? – с этими словами, не сводя глаз со вздыбленной лавочки, я отступила назад и неосторожно толкнула ногой зонт, на ручку которого пристроил свою нижнюю челюсть капитан Лазарчук.

Зонт упал, шаткое равновесие нарушилось, и капитан резко клюнул носом, едва не зацепив им асфальт.

– Почти такая история случилась с моим приятелем Геной, – даже не подумав извиниться, заметила я.

– Клубки чего? – с живым интересом переспросил Сашок.

– Сена! Его специальная сеноуборочная машина формовала в громадные такие катушки… Ну вот, Генку этими катушками и задавило…

– Насмерть? – профессионально-безразлично поинтересовался Серый.

– Абсолютно! – вздохнула я.