Хижина тети Томы

Софи немедленно ввязалась в дискуссию о том, допустимо ли во всеуслышанье обсуждать трагическую гибель одного купальщика, отбивая желание продолжать пляжный отдых у других гостей курорта, а также дозволяет ли корпоративная этика разносчиц нагло перехватывать у коллег по цеху покупателей. Вяло подумав, что Софи нынче и второй глаз могут подбить, я пошла дальше.

Ноги сами собой несли меня к морю, где тесным кругом, как детишки, играющие в «Угадай, кто?», столпились люди в купальных костюмах, спасатели в жилетах и даже несколько граждан в снаряжении для подводного плавания.

Я протолкалась в первый ряд зевак. В глаза бросилось белое пятно: мужчина в медицинском халате склонился над лежащей на гальке женщиной. Ноги ее заканчивались резиновыми ластами, голова была вполне цела.

– Это она каталась на байке? – спросила я спасателя, оказавшегося рядом со мной.

– В ластах-то? Ну, вы придумаете! – хмыкнул он.

– Значит, эта женщина – подруга погибшего ныряльщика? – Мне хотелось понять, как связано внезапное нездоровье женщины с гибелью мужчины.

– Подруга? – Парень снова хмыкнул. – Скорее посмертная знакомая! Она вдохновенно занималась дайвингом и вместо затонувшего барка с трюмом, полным золота, нашла свежего утопленника с раскроенной головой. Чуть сама там же, на дне, не осталась! Хорошо, что Петька, инструктор, был рядом.

Машинально разыскивая взглядом инструктора, который был рядом, я пошарила глазами по гальке вокруг доктора с бесчувственной пациенткой и охнула. В паре метров от женщины лежал кусок коричневой медицинской клеенки, под которым смутно угадывались очертания неподвижного человеческого тела.

И, видно, чтобы я не слишком напрягала воображение, мироздание срочно организовало порыв ветра, который поднял и отогнул верхний край клеенки.

– Мамочка моя! – пискнула Нюня.

– Ой, худо дело! – присвистнула Тяпа.

А я ни словечка не сказала. Я подкатила глаза и без звука упала в обморок.

Несчастным, не пережившим встречи с аквабайком, оказался блондин с карими глазами.

Мой ночной маньяк!

Кто-то хлопал меня по щекам руками, от которых пахло растительным маслом.

– Не надо! – слабо попросила я.

– Очень даже надо! – возразил знакомый голос, после чего я получила еще одну оплеуху и открыла глаза.

– Очнулась? – сердито спросила Софи. – Ну, слава богу! Я уж подумала, что ты тоже померла! Что это с тобой, Танька? Ты не беременная?

– Не от кого! – буркнула в ответ моя Тяпа.

Я села и огляделась.