Фотосессия в жанре ню. Бонд, мисс Бонд!

 – Кажется, вы хотели со мной связаться?

Неласковый голос довольно-таки бессвязно, но с чувством выразил сожаление о том, что упомянутое желание неожиданно сбылось в столь ранний час. Потом неинформативно помычал, поохал и в конце концов недовольно сказал:

– Ну, ладно. Тогда – через час, на конечной остановке тринадцатого автобуса.

– Что? – насторожилась Оля. – Что будет через час на конечной остановке тринадцатого автобуса?

– Я полагаю, тринадцатый автобус, – весьма ехидно ответил Малинин. – А в автобусе – вы! Если, конечно, вы не предпочтете такси.

– Где – там?

Разговор пошел в таком темпе, что у Оли закружилась голова.

– Да прямо в морге!

– Где?!

– Ну, ладно, для начала – в больнице! У центрального входа.

– Для начала в больнице, а потом – в морге? – слабым голосом повторила Оля, по учительской привычке раскладывая все по полочкам. – Простите, а вы не могли бы озвучить всю программу?

Трубка хмыкнула и передразнила ее цитатой из старой кинокомедии:

– «Пожалуйста, огласите весь список!» То есть вы хотите знать, что будет до морга, а что – после?

«Ну, если после морга еще что-то будет – значит, ты там не останешься!» – обнадежил Ольгу внутренний голос.

Это бодрило, но – слабо.

– А также – что будет, собственно, в морге? – дополнила свой вопрос дотошная Ольга Павловна.

– В морге будет тело, на которое нам с вами надо бы взглянуть, – сказал Малинин.

– С кем?! – Тут Оля по-настоящему заволновалась.

– С женщиной, которую вчера нашли мертвой в снежном поле у шоссе, приблизительно в восьми километрах от города, – объяснил Андрей.

– Примерно там же, где вы нашли Елку? – моментально сообразила Ольга.

– Точно, – Оля этого не видела, но догадалась, что Малинин кивнул. – И при ней тоже не было ни вещей, ни документов.

– И она тоже была в одном белье?

– Нет! Вовсе голой!

– Ладно, я приеду, – помолчав немного, решила Оля. – Договорились, встречаемся через час на конечной остановке тринадцатого автобуса.

– Через пятьдесят пять минут, – поправил ее компаньон – наверняка лишь затем, чтобы именно за ним осталось последнее слово.

– Мужчины! – фыркнула Ольга Павловна.

Она положила телефонную трубку и нерешительно посмотрела на платяной шкаф.