Цыганочка без выхода

 – Ирина, я знаю, у тебя доброе сердце и куча бесхозной родни женского пола, но давай ты не будешь устраивать счастье моих подчиненных, а то мне работать не с кем станет, все разбегутся!

– Неблагодарные люди! – вскричала Ирка и надулась. – Спасибо бы сказали!

– За что?! За очередной труп?!

– Сережа, ты так это говоришь, будто мы сами его убили! – Я тоже обиделась.

– Его? Это мужчина?

– Не знаю еще! Но слово «труп» тоже мужского рода! – психанула я, коварно подпустив в голос одну хрустальную слезинку из предусмотрительно сэкономленных.

– Ладно, давайте все остынем, – включил заднюю Лазарчук. – Сейчас вас опросят как свидетелей, и идите по домам.

– А ты нам потом расскажешь, кто там, в люке? – оживилась Ирка.

– Нет! – гаркнул Лазарчук.

– Конечно, расскажет, – шепнула я подруге. – Куда он денется!

– А приходи к нам завтра вечером на пельмени? – Ирка подмигнула мне, а обратилась к Сереге. – Из того кабана, которого вы с Моржиком в прошлые выходные завалили?

– Ну не знаю…

– Пельмешки из кабана и домашний самогон из абрикосов! – поднажала коварная соблазнительница.

– И яблочный пирог с орехами и безе! – добавила я, точно зная слабое место сильного мужчины.

Лазарчук у нас анонимный сладкоежка. В смысле, он осознает свою пагубную зависимость от десертов, но избавиться от нее никак не может, поэтому попросту скрывает от общественности и отводит душу только в кругу друзей. А мы ему как раз они – старые верные друзья.

– Ладно, заеду к вам завтра часиков в восемь, – сдался полковник, и мы с Иркой стукнулись ладошками.

Вот так и определились наши общие планы на вечер следующего дня.

День второй

– Дети, в школу собирайтесь! – с чувством, которое я не смогла разделить, вывела певчая черепашка-будильник.

– Кто?! – рыкнула я, вслепую цапнув и хлопнув об пол ненаглядную певунью.

– Кто дети? – вялым бормотанием уточнил вопрос Колян.

– Кто завел это ж-животное на…

Я подняла черепашку, взглянула на ее набрюшный дисплей и закончила еще более гневно:

– На семь утра!

– Ой, это я!

Супруг вихрем вылетел из постели, попутно завалив меня сброшенным с себя одеялом и частями пижамного костюма.

– Я записался в автосервис на половину восьмого, нужно, чтобы мастер посмотрел машинку, у меня там что-то стучит…

– Я бы тебе тоже сейчас настучала, – проворчала я, проводив ретирующегося диверсанта недобрым взглядом.