Зима в ноябре

Подобное уже случалось однажды, и Варвара беспокоилась, что ситуация могла повториться.

– Ни звука! Ни гу-гу! – Матрёша зачем-то потрясла телефон и воззвала к приятельнице. – Погоди, Варь. Не торопись.

Стащив с головы беретку в сиреневых перьях, принялась обмахиваться ею на манер веера.

– Упарилась я… Солнце как летом печёт.

– Ты просто одета не по сезону… – Варвара прикусила язык, не хотелось снова выслушивать жалобы и стенания подруги.

– А всё почему? – гневно вопросила Матрёша. – Вот доберусь до кудлача! Попомнит он свою выходку!

Ноябрьское солнце и вправду припекало – погода стояла не по-осеннему мягкая, совсем не предвещая близкой зимы.

– Отдохнула, Матрёш? Пошли уже… – Варваре не терпелось добраться до бабы Они.

– Отдохнёшь с тобой, – Матрёша демонстративно обошла Варвару и захромала впереди.

В молчании они миновали половину пути. А когда завернули за поворот – словно переступили невидимую черту, оказались внезапно посреди лютой стужи!

Внешне ничего не поменялось, только тепло обернулось сильнейшим морозом, от которого щипало лицо, и пушился на ресницах мохнатый иней!

Почти сразу Матрёшин телефон завозился в кармане да грянул неистовую мелодию.

– Девка! Аушечки! Дворовый на проводу! – гаркнуло сипловатым баском. – Торопитиси! У нас такое! Такое!..

– Мы почти добрались, котеич. – вместо приветствия прокричала Матрёша. – Что у вас здесь творится? Времена года попутались?

– Всё, всё попуталоси! Как Ладушку спёрли, так и пошло! Так началоси!

– Что значит спёрли? – оторопела Матрёша.

– Некогда мне с вами лясы точать. Тимку ещё искать надобно. – в трубке послышались треск и возня.

– Тимофея? А он-то где?? Ало, котеич! Не слышу-у-у!

Помехи усилились, и сквозь несмолкающий гул до Матрёши слабо донеслось:

– Помогитя, девки! Замерзаю-ю-ю-у!..

– Да где ты? Куда бежать? – надсаживалась Матрёша. – Котей! Слышишь меня? Алло! Алло-о-о!

Но сотовый мигнул и отключился, больше не выдав никакой информации.

– Час от часу! – Варвара прекрасно расслышала коротенький разговор. – Доберёмся до бабы Они и там всё решим. Пошли, Матрёш, я совсем приморозилась!

Матрёша тоже тряслась в лёгонькой плюшевой «чебурашке». Новенькие кроссовки на толстой платформе совсем не держали тепло.

– Вот же попали! – кривовато напялив берет, Матрёша внезапно запнулась. Задрав голову, стала тыкать куда-то рукой.