Люська, или Богиня-неудачница

В итоге электрические гады (прошедшие жесточайший отбор, чуть не передрались же!) заползли на необъятную тушу Торы, нашли небольшой на панцире кратер с водой и начали весело там плескаться, пуская заряды по воде. Торе было за счастье – такой массаж бывает ей выпал впервые. А Люська, памятуя про некогда любимый грех чревоугодия, налакалась этой живой воды, как заправский алкоголик – просто на всякий случай.

Но есть ей больше не хотелось, бессмертием сыта была по самые гланды. По крайней мере, пока.

Но ведь современный человек ест еду для удовольствия, а не из-за чувства голода, не так ли?

Поэтому приключения решили не заканчиваться.

* * *

Люська, хоть и считалась бессмертной, но проверять способности на практике не решилась, да и аппетита не теряла. Поэтому девушка твердо решила найти себе кусок мяса. Жареного и с кровью. И людей. Желания эти взаимосвязаны не были, просто одиноко ей было в звериной компании.

"Вселенная-я-я! Мне скучно! Хочу компанию человеческую! Ну пожа-а-а-алуйста!", – мысленно взывала богинечка после очередного предложения рыбы-фугу показать, как она в шарик надувается.

Ну оч-ч-чень увлекательное зрелище. В тридцатый раз за день.

Тора, считая свою маленькую богинечку сущим капризным ребенком, всячески потакала ее прихотям и подговорила гагара Птыца найти в где-нибудь дичь для Люси. Тот, подгоняемый обещаниями Птыци о потомстве, улетел, как наскипидаренный.

В итоге, спустя некоторое время, гагар вернулся с горящими глазами.

Без дичи, зато с новостями – за несколько верст полета нашлась неизведанная земля. Даже с зеленью.

Птыцу за такую новость чуть не убила Тора, а Люська уверенно заявила, что хочет переселяться на землю, чем обижала старую черепаху чуть не до слез.

– Неблагодарная! Я тебя отмыла, очистила так чисто, а ты!

– Ага-ага, фиг-вамы рисую, плывем же скорее туда!

Делать нечего, поплыли. Вскоре Люська уже ощущала под ногами теплоту белого песочка, а глаза радовались зеленью джунглей.

Морские твари решили бдеть за своей "бедовой богинечкой", поэтому возвращаться в большую воду без Люськи отказались наотрез. Некоторые резко перевоспитались в земноводных, даже Тора временно выползла на берег.

– Люсенька, я с тобой пойду. Ты девочка бедовая, набедокуришь еще чего, а ты у нас одна такая! За тобой присмотр нужен, так что мы с тобой останемся, а в воду возвращаться будем только по необходимости! – твердо заявила старая черепаха.