Пламя возмездия

Она не может не думать о дедушке, не может не думать о пациентах и людях, которые будут просить помощи, не находя её больше нигде. Бетти идёт в свою комнату игнорируя крики своих коллег и просьбы остановиться, она закрывает за собой дверь, но та уже через секунду открывается вновь.

– Элизабетт… они хотят сжечь трупы. – Люси тихо заходит в комнату и садится рядом с заплаканной девушкой.

– Я знаю, знаю Люси. – Бетти накрывает лицо руками и начинает плакать взахлёб, не в силах остановиться.

– Давай попросим их оставить тело твоего дедушки? Раз они согласились сами их убрать, может…

– Нет! Нет, Люси, послушай! Ты не должна никому говорить, что он мой родственник.

Никогда и никому, слышишь? Попроси всех, никто из солдат не должен знать, что среди трупов мой родной человек. Пообещай!

– Но… Хорошо, конечно. Ты будешь в порядке? – Люси не может понять зачем это нужно, но соглашается. – Может теперь, ты захочешь уйти?

– Что? – Бетти перестаёт плакать, а только начинающаяся истерика стихает, уступая место ясному сознанию.

– Я знаю, что ты была здесь только из-за дедушки. Но его больше нет. Ты хотела бы уйти? Мы обсудили это, тебе помогут сбежать, никто пока что не считал персонал и тебя вряд ли заметят. Ты можешь это сделать!

Бетти горько усмехается и вспоминает глаза Маркуса, думая о том, что ей точно незаметно не уйти. В ту же секунду вспоминаются громкие выстрелы, смех и надменные взгляды мужчин, которые кричали ложиться на пол, вспоминаются злые глаза Джейка и его же гадкие улыбочки.

Нет, она определённо не может уйти, не имеет право. Это не месть из-за дедушки, это месть ради тех, кто погиб, погибает и погибнет в будущем. Бетти должна всё остановить, должна попытаться, но для того, чтобы понять, как это сделать, нужно остаться. Как бы тяжело это не было, как бы страшно и рискованно, сейчас нельзя просто сбежать.

– Я слишком долго пряталась… из-за этого мой дедушка и погиб.

– О чем ты говоришь? – Люси хочет сказать, что это не так. Совершенно не так! Очевидно, что внучка сделала всё, чтобы её дедушка был здоров и счастлив, но вряд ли Бетти это поймёт, даже если услышит.

– Я останусь, Люси. Не переживай, всё будет нормально. Я не уверена, что могу помочь сейчас, вы можете… вы можете сказать солдатам, что я плохо себя чувствую?

Люси не задаёт больше вопросов, лишь соглашается и советует отдохнуть. Говорит, что придёт вечером с новостями и принесёт еды, а после крепко обнимает и уходит, закрывая за собой дверь.