Данила-богатырь

– А куда мы едем? – получилось спросить богатырю, так как кружки и ватрушки совсем расслабились, не ждали, когда тот в руки возьмёт, а сами в рот прыгали, как в магазин, что «Чёрную пятницу» запустил.

– Данилушка, тебе в Пчих – Хань попасть нужно.

– Будьте здоровы!

– Да, здорова я! Тебе, говорю, в Пчих – Хань попасть нужно!

– Пчих – Хань? Где это?

– Это в другом царстве – государстве находится. Отсюда пару дней ходу. Там рынок. Ты должен на него ровно в четверг, что после новолуния ближайшего выйдет, попасть, жабу найти, освободить родненькую.

Да, смотри, не перепутай её! Только нужную жабу отыщи, с собой возьми. Она тебе дальнейший путь укажет. И всё остальное задание, ты от неё получишь.

– Почему от неё? Почему ты сейчас не расскажешь?

– А, я и не знаю, что тебе там дальше делать. Не знаю и знать не хочу. «Много знать – коротко жить». Знаешь такую поговорку?

– Нет. Не знаю. Я знаю «Любопытной Варваре на базаре нос оторвали».

– Ну, типа того…

– Ведьмушка родная! – взмолился Данил.

 – Ну скажи ты этим пряникам, ватрушкам чтобы остепенились. Я больше не могу. Я наелся.

– Хыть! Проклятые! Марш на место! Чего к богатырю пристали. Свидитесь ещё, коль жив будет.

Чашки, блюдца и ватрушки вмиг остепенились, аккуратно на полочках разместились, словно и не двигались ни куда.

– Так, что мне в этом Пчих – Хане делать? – хотел уточниться Данила Петрович у Ведьмы, может чего ещё добавит.

– Говорю же, на базар пойдёшь, жабу сыщешь, с собой возьмёшь.

Нечего больше мне тебе добавить, – чуть нервно ответила Ведьма, да тут, вроде, как вспомнила что. – А! А кто, говоришь, тебя сюда вызвал?

– Никто не вызывал. Я сам не знаю, как здесь очутился.

– Кто рядом с тобой был. Один с того света ты попасть не мог. Явно, сопровождал кто тебя.

– Ну, Тату был, Гоша.

Вспомнил Данила, что от друзей отбился по своей вине. На сердце печаль легла, что Тату – пса преданного, да Гошу – дракона, который вечным конём богатырским служил, потерял.

Так тоскливо стало, что пригорюнился наш богатырь. Взгляд от ведьмы в сторону отводит, слезу выкатившуюся подтирает.

– Чего хнычешь?! Тату, говоришь? Гоша?

Ведьма отстегнула ремень безопасности, что крепко обнимал ее, встала с уютного дивана, подошла к окну, завела пальцы в рот, да как свистнет, что волной по джунглям верхний слой листвы срезало, словно опытный садовник ножницами кусты подстриг.

Писк ультразвуковой вмиг прилетел, аж, уши заломило.