Данила-богатырь

На крыше той клетка сверкает прутьями хрустальными. А в клетке никого.

– К-хе, к-хе! – прокашлявшись, ровняя голос, произнёс Данила, вступая на порог дома великолепного. – Доброго здоровья, хозяева! Есть кто?!

Данила осторожно постучался в дверь хрустальную. Дверь как зазвенит! Волною звона всех накрыло. Тигры, рыкнув, хвосты поджали и в чаще леса скрылись. А розы, как, солдатки, ровно спины выпрямили, головы равнением на – пра – во! По команде не озвученной встали. Богатыря нашего этой звуковой волной метров на пять – шесть в клумбы отбросило.

Сидит Данила, головою крутит, «шапка» новая видеть не даёт, а очки волшебные рот закрыли. Земля, что в вазоне была, все лицо попачкала, да так, что цвета лица не разобрать. Крутит он головой. Руками пытается шлем приподнять, хоть что-то увидеть. А в ушах звон, как внутри Царь-колокола эхом бьёт и бьёт по перепонкам. Того гляди, лопнут, да оглохнут.

Шлёп! Глухим звуком отдалось. Шапка на две половинки по сторонам разложилась. Глаза богатырские прозрели: А перед ним девица, не девица, ни красавица, ни птица. Стоит перед ним дама возраста неопределённого. Глаза добрые, да улыбка, не нашенская, ехидну напоминающая. Руку протягивает, улыбается, приподняться богатырю помочь пытается.

– Каким ветром, добрый человек, занесло тебя? – проговорила незнакомка голосом трубным, словно тысяч пять – шесть лет трубку курила.

– Э… э-э-э-то. Э-э-э-то я, … Не, не-ее. Не знаю, – хоть что-то выдавил из своих уст Данила.

– О! Как не знаешь?! Сюда по доброй воле, вход запрещён!

– А, я и не, не-ее-е, по доброй воле, – захотелось пожаловаться Даниле.

– Как звать-то? – скомандовала «милая» дама.

– Данила, – покорно отвечал богатырь, смахивая ладонью с лица землю, червяков, что в вазоне жили и гостей точно не ждали. Червяки недовольно поругивались, И, если бы зубы были, точно бы покусывались.

–Данила?! Это ты, чьих будешь?! – уже строже, как учитель у ученика, допытывалась дама.

– Ни чьих, не буду. Сам своих буду! – отпирался он.

– Нет тут «сам своих»! Тут либо наши, либо – вражьи! – тон нашей леди начинал смахивать на лидеров времён истории человеческой, когда спорить – себе портить. – Здесь вам не тут! Мать Кузьмы! Там вам не здесь! Леший важный! – как лозунги с трибуны выкрикивала она.